Через минуту на стол легли несколько листов. Штаб-ротмистр взял первый, потёр его между пальцами. Потом второй. На третьем задержался дольше.
— Этот.
— На нём и пробовать? — спросил Климов.
— Да.
— Количество?
Штаб-ротмистр назвал.
Климов прикинул набор.
— Сделаем.
— Когда? — спросил штаб-ротмистр.
Климов посмотрел на меня.
— Если текст остаётся таким, пробу можно дать быстро. Тираж после утверждения.
Я назвал срок.
Штаб-ротмистр кивнул.
— Меня устраивает.
Климов забрал бумагу и вышел. За открытой дверью конторы звякнули литеры. Егор подвинул кассу. Рогов уже закрыл механизм пресса и убирал инструмент. Штаб-ротмистр проводил взглядом Климова.
— Николай Аркадьевич говорил, у вас теперь работы много.
Я положил его старую карточку рядом с наброском.
— Сегодня могу принять ваш заказ.
— Я потому и пришёл сразу после службы.
— Тогда Сабуров правильно рассчитал время.
Штаб-ротмистр усмехнулся.
— Он ничего не рассчитывал. Сказал: «Езжайте после службы, пока Ветров опять куда-нибудь не уехал».
Я записал выбранную бумагу и тираж. После вчерашнего дневника вопрос о деньгах приобрёл новое обаяние.
— Половина вперёд.
Штаб-ротмистр сразу достал кошелёк.
— Разумеется.
Он отсчитал деньги и положил их на стол. Первый заказ Сабурова начинался с его собственного кошелька. Этот пришёл со своим. Так было лучше. Я записал сумму и передал штаб-ротмистру расписку. Он прочитал её, сложил и убрал во внутренний карман.
— Значит, сначала проба?
— Да. Посмотрите. Если всё устроит — печатаем весь тираж.
Штаб-ротмистр снова взял мой набросок.