Я сказал:
— От моего имени им пока ничего не обещайте.
Поручик поднял не занятую котом руку.
— Я им и не обещал… почти. Сказал, что сперва попробую устроить штаб-ротмистра и корнета. Теперь, конечно, будут ждать. Подождут! Но ведь потом… на следующей неделе…
Сабуров замолчал, взглянул мне в лицо.
— Пусть ждут, — сказал я.
Сабуров поднял брови.
— Правда? На следующей неделе получится?
— Вы им ничего не обещали. Эти двое придут первыми. Дальше посмотрим.
Поручик кивнул и улыбнулся.
— Очередь. Алексей Николаевич, я понимаю.
— Николай Аркадьевич, от моего имени очередь не объявляйте.
— Разумеется. Я только скажу, что сейчас Ветров согласился принять штаб-ротмистра и корнета.
— Поговорю с ними на тему заказов.
— Поговорите, — охотно поправился он. — А остальные пока подождут.
Николай Аркадьевич освоил понятие «дефицит» без помощи учебников по маркетингу.
В мастерской голос Климова произнёс:
— Осторожнее!
Потом несколько секунд слышались только шаги.
Сабуров повернул голову к двери.
— Вот. Я им именно это и объяснял. У вас дело идёт, попасть сразу трудно. Князья — и те ждут.
— Люди заняты.
— Я же говорю.
Сабуров снова прошёлся по конторе. Кот лежал поперёк его предплечья и следил за движением свободной руки.
— Приглашения я завтра дальше покажу. Сегодня ещё не все видели.
— Показывайте.
Поручик сразу оживился.
— Штаб-ротмистр сегодня минут пять бумагу щупал. Потом спрашивает: «А карточки Ветров сделает?» Я ему: конечно сделает. Корнет тут же: «А программы?» Я говорю: типография же, почему нет? Потом стали про сроки спрашивать. Тут я уже сказал — это к Алексею Николаевичу, у него всё расписано.
На последнем слове Сабуров слегка скривился.
— Это я, может быть, широко взял.