Съешь ещё этих мягких французских булок, да выпей же чаю (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

* * * * *

Мои шевеления не могли остаться незамеченными. Ну да и хрен с ними. Я работал, и работал очень упорно. И вот прошло четыре дня с тех пор, как наш коллектив собирает не машины, а оборудование для ЗИСа. И я на этом заводе стал бывать намного чаще, чем на своём - по три раза в день заезжаю. Прежде всего - это объёмная штамповка. Сложная штамповка - это процесс сложный, состоящий из множества этапов, это не отливка. Процесс работы станков мне нравился. Но опишу сегодняшний день - мы запустили в тестовом режиме станок объёмной холодной штамповки на ЗИСе. Огромная махина, высотой и размерами с трёхэтажный дом, имела внутри оборудование для перемещения заготовок и работала очень шумно. Верхняя часть пресс-формы с гравировкой детали, сиречь формой, опускалась на нижнюю. Горячей штамповкой изготавливали двигатель - коленвал, блок цилиндров, картер, пальцы и шатуны, штанги и маховики, распредвалы в конце концов. Но самое главное - это поршни и цилиндры. Поршни сначала проходили холодную штамповку, после чего уходили в прецезионную точку, где доводились до нужного диаметра, если где и были неровности и неточности, они снимались.

Оставалось только удивляться тому, насколько же это простая и сложная одновременно деталь - двигатель. Механически она довольно сложная, однако, если посмотреть придирчиво - ничего заоблачного нет. Обычный металл, обычные детали. Вполне возможно, опытный токарь смог бы даже сделать самодельный ДВС. Да, далеко не фабричного качества, но работающий и пыхтящий.

Объёмная штамповка позволяла существенно увеличить темпы выпуска деталей. Я наблюдал за тем, как детали утащили на закалку. Да, долговечность деталей прошлого поколения была крошечной - из-за отсутствия или низкокачественной закалки. Известные машины Л-1, они же копии американского бьюика двадцатых даже не смогли доехать до Москвы в своё время. Именно на их основе решено было делать ЗИС-101 и впоследствии ЗИС-110, куда более качественные.

Началась работа над двигателем. Что есть по сути налаживание нового производства? Обучение людей? Нет, не в полной мере. По большей части новое производство - это смена технологий. То есть, допустим, вот есть станок - на нём изготавливают детали для двигателя захар-иваныча, ЗИС-5. ЗИС в этом плане очень удобен - двигатели собственного производства ставят. На станке шлёпают детали двигателя, шлёп, человек достаёт длинными щипцами ещё горячую заготовку и складирует её на конвейерную ленту, она уезжает дальше. В нашем случае даже этого нет - детали автоматически извлекаются из пресс-формы и подаются на конвейер. Человек убирает окалину, следит, чтобы станок шлёпал детали правильно и не портил в процессе. Если деталь вдруг неправильно встанет под пресс - линию не останавливают. Дело в том, что из мощной электроиндукционной печи детали идут горячими. И в процессе прессовки остывают - если остановить конвейер - все детали на нём уходят в переплавку. Потому что они остынут, пока будет стоять конвейер. Нет, бракованную деталь просто убирают с конвейера специальные люди. Они должны наблюдать и знать, как должна выглядеть деталь.

Станок грохнул, я думал, с ног свалюсь - пыхнул жаром. Раскалённые добела заготовки пошли по конвейеру и началась работа. Многотонный пресс опускался на них легко, выдавливая словно пластилин.

Налаживание нового производство - это монтаж оборудования, пресс-форм, линии обработки с конвейерами для последовательной подачи заготовок. Вот это и есть создание производства. А рабочие... они как выпускали те жедтали, так и выпускают их. Ничего для людей не изменилось. Пресс-формы работали, выдавая деталь за деталью. Стало намного меньше операций по точению, зато штамповочное производство мы переоснастили полностью. И большие и маленькие станки заменили более совершенными - с автоматическим сбором заготовок и отходов производства, более мощными и масштабными.

Я стоял в цеху и наблюдал за этим царствием огня и стали, пресс методично опускался на раскалённые заготовки, после чего они сортировались и ехали по конвейерной ленте, падали на наклонную панель и оттуда переезжали на ещё одну металлическую конвейерную ленту, едущую довольно медленно. Горячие металлические детальки остывали в процессе движения, после чего падали уже в кучу к другим деталям. Это первичная обработка. Заготовки имели форму деталей, но ещё не были ими, это черновая обработка, так сказать. Холодный металл слишком непластичен и разрушится, если его настолько сильно трансформировать. Заготовки езжали к прессу холодной штамповки. Я пошёл вместе с ними к прессу, пробравшись к рабочей зоне и наблюдая за тем, как происходит работа. Холодный пресс был намного больше и мощнее горячего - он выдавливал уже остывший металл, и при этом работал с большими заготовками, сильно нагруженными деталями - элементами рамы и подвески, мостами, опорами.

На заготовки опускался пресс, превращая их окончательно в нужные детали - кое-где делались углубления, где-то выемки, часть детали срезалась. Деталь приобретала конечную форму со всеми мелкими техническими элементами. Последний шаг - её везли на закалку и отпуск.

Новое оборудование для закалки токами высокой частоты, электроиндукционной вместо огневой, позволяло повысить ресурс деталей в три-четыре раза по сравнению с хреново закалёнными деталями первых захаров.

И наконец, я пошёл смотреть на сборку. Одной из вещей, которые активно производились на нашем заводе и поставились в ЗИС, были конвейерные ленты, которые перевозили детали из цеха в цех. И на сборку детали привозились на конвейерах, уже рассортированные по специальным поддонам. Сборщики - преимущественно молодняк, работали активно. Пока никто не видит - то есть пока один я наблюдал за их работой, было заметно, что они работают спустя рукава. Мне пришлось слегка увеличить производительность их труда путём поставки специальных инструментов. Гайковёрты и шуруповёрты.

Сборка была отвратительной, если уж честно. Да, детали изготавливались на нашем оборудовании очень точные и массовые, вполне на уровне автопрома семидесятых годов, то есть расцвета автопрома СССР, но вот то, как собирали двигатель из деталей, заставило меня ужаснуться. И я пошёл к Лихачёву.

- Иван Алексеевич, можно вас? - я выловил его в цеху металлорезки, шум стоял знатный. Лихачёв кого-то распекал.

- Да? - он говорил громко, видно, уже устал от шума.

- Пойдёмте отсюда, разговор есть.

Мы вышли из большого старого цеха через ворота, я потёр уши и вздохнул, посмотрев на окружающую действительность, - Иван Алексеевич, у нас беда. Качество сборки двигателей ужасает.

- То есть?

- То и есть. Хорошие детали мы сделали, а вот рабочие портят всю малину. Некоторые детали с откровенным браком вместо переплавки они приняли в работу, качество сборки же двигателей - ужасает. Некоторые из них придётся перебирать - так дела не делаются. Я конечно не хочу быть слишком строг, но так быть не должно.

- Так, - он глубоко вздохнул, - разберёмся!

- Я уже пытаюсь разобраться. Единственное, что я могу вам предложить - это перевести сборку двигателей с вашего завода в наш цех.

- А у вас что? - спросил он.

- А у нас качество сборки идеальное.

- Да не спеши ты, - осадил он меня, - двигатель З5 собрали?

- Да, двигатели собирают. Собрали уже наверное штук пять, но качество этой работы - хромает на обе ноги. Два из пяти движков в переборку.

Мы стояли около цеха металлообработки ЗИСа. Это на юге Москвы, если кто не знал. Территория завода - это множество старорежимных зданий из красного кирпича, ещё одно здание - главный конвейер. Я когда-то бывал здесь в другом времени - на территории завода много офисов, какая-то церковь, а само здание, в котором сейчас стояли мои станки - переделали под офисное. С широкими большими окнами, шильдиком, на котором говорится, что здесь когда-то выступал Ленин, и хипстерами со своими яблочными планшетами, днявчиками и с подвёрнутыми штанами. В общем, полное днище. То ли дело сейчас!

Погода не подкачала - мы шли по широкой асфальтированной дороге, было тепло и сухо, приятно, в общем. Солнышко приятно грело кожу, на заднем плане около цеха тарахтел захар иваныч, он же ЗИС-5. Тем временем в цеху происходила отвёрточная сборка новой машины, которая уже почти полностью сделана на нашем оборудовании. Внешне она немногим отличалась от ЗИСочка - разве что капот был угловатый, а не скруглённый, крылья тоже угловатые, а не округленные, кабина была цельнометаллической и с низкой герметичностью. Низкая герметичность подразумевает наличие её вообще, в то время как у ЗИС-5 кабина очень продуваемая.

Рабочие заканчивали монтаж деталей кузова, в частности - ярко сверкала сварка.

- Так-так-так, не успели вы прийти на мой завод, а уже что-то сделали, - Лихачёв осмотрел зис, - отлично, грубо скроен и ладно сшит. Сварной кузов?

- Он самый. Самое главное - новый двигатель.

Да, возвращаясь к теме - что значит наладить новое производство? Когда я решил произвести движок от ЗИЛ-157, довольно хорошо отработанный и продуманный, думал, что не получится, разница по времени же довольно велика. Однако, зря я сомневался. Те же детали, просто чуть другие, рабочие двигатель произвели на новых станках, это было даже проще, чем я думал изначально. По сути, мы поменяли только выпускаемые детали и изучали порядок сборки, но кардинальным образом ничего не поменялось. Поэтому Захар Иваныч имел мощный двигатель на сто восемь лошадей, который гораздо легче справлялся с огромными нагрузками, особенно на низких оборотах - когда нужно тянуть груз в гору, или тронуться с места.