Bleach: Император душ. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Нимая хлопнул в ладоши и поднялся из-за стола.

— Будет тебе угол, — обронил он. — Считай, уже есть.

Угол он мне выправил такой, что иной бы за него душу заложил. Не каморку при Академии, как я было подумал, а целый коттедж в первых районах Руконгая — из тех богатых окраин, где улицы метут дважды на дню, а к воротам не подходит всякий сброд. Стены его были обведены той же глухой вязью, что и кабинет, в котором мы говорили: что бы я ни творил внутри, наружу не должно было просочиться ни искры, — а большего мне и не требовалось. Откуда и по какому слову у меня вдруг взялся отпуск на три недели, я выяснять не стал; в Академии меня отпустили без единого вопроса, будто так и надо, и одно это говорило, кто за моей спиной хлопотал. Поселили меня там с прислугой, кормили, поили, стелили мягко и не докучали — словом, дали именно то, что я просил.

Сама работа заняла у меня две недели. Дело это тонкое и неспешное, рассказывать тут особо нечего, да и не стану; скажу только, что собрать собственное тело в одну плотную каплю и вынуть её наружу — забава не из дешёвых. К концу второй недели слепок был готов, а я был никакой: океан во мне просел и потускнел, раны, которые я сам себе нанёс ради дела, заживали туго и медленно, и пару дней я просто лежал пластом, давая всему этому затянуться. Знал, на что иду, потому и просил недели, а не дни.

Готовый слепок я уложил в шкатулку, которую Нимая прислал заранее, — резную, тяжёлую, изнутри сплошь покрытую тонкой вязью знаков. Стоило мне опустить туда каплю и закрыть крышку, как тяжёлое свечение, бившее от неё, разом унялось, точно его и не было: эта шкатулка глушила всё наглухо, не хуже моей собственной маски. На другое утро пришёл молчаливый слуга, забрал ларец, поклонился и унёс — а я остался догуливать свою неделю в тишине, отъедаться и приходить в себя.

Отгуляв её, я снова затянул на шее свой амулет, придавил им всё, что развернул для работы, и вернулся в Академию как ни в чём не бывало — и тут же выяснил, что всё это время прогулял не зря в одном смысле и зря в другом. Пока я отлёживался в своём коттедже, всему моему курсу раздали занпакто — каждому, ещё три недели назад.

Можно было бы порадоваться, что я этой суеты избежал, да только радости я не испытал ни на грош. Скорее наоборот. Я ведь так старался слиться с толпой, не отсвечивать, быть как все, — а выходило ровно обратное: пока однокашники строем получали свои клинки, я где-то пропадал три недели по особому соизволению, и теперь возвращался один такой, без меча и без объяснений. Теперь не миновать ни шепотка за спиной, ни косых взглядов, ни догадок одна другой нелепее. Снова я не как все, снова на виду — а это было ровно то, чего мне меньше всего хотелось.

Догадки, впрочем, посыпались быстрее, чем я думал, да только совсем не те, которых я опасался.

На второй день после моего возвращения я снова сидел в том же парке, в той же тени, в той же доброй компании: Орудзи что-то увлечённо плёл, рисуя руками в воздухе, а сидевшая рядом Аямэ изредка роняла короткое слово, от которого его очередная байка складывалась обратно, как карточный домик. Я слушал вполуха, грелся на солнце и почти поверил, что про меня наконец забыли.

И тут на дорожке показался знакомый посыльный — тот самый, в академической ливрее, что таскал меня по начальству. Шёл он прямиком к нам.

— Ну вот, опять, — проворчал я себе под нос, провожая его глазами. — Ни дня покоя.

Посыльный остановился, поклонился и сообщил, что у главных ворот Академии меня дожидаются. Целый отряд воинов — три десятка с лишним, при оружии. Эти люди объявили страже, что служат мне и прибыли за своим господином. Имени его они, правда, назвать не сумели, однако описали так подробно и так красноречиво, что у привратников не осталось ни малейших сомнений, за кем именно их прислали.

Чем дольше он говорил, тем шире расползалась у меня по лицу улыбка.

— Добрались-таки, — пробормотал я, когда он умолк.

Налегке оно, конечно, всегда выходит быстрее: я-то домчался почти сразу, а они тащились следом со всем обозом, и вот наконец доползли. Я поднялся, отряхнул колени и кивнул ему.

— Веди.

Глава 20

Привет всем, кто ждал.

Простите за долгую тишину и за то, что глава вышла небольшой. Я снова был в командировке — и, по идее, это была последняя. Так что на такой долгий срок я больше пропадать не буду, обещаю.

Отдельно хочу сказать спасибо подписчикам с бусти. То, что вы поддержали меня материально, значит для меня очень много — и дело тут совсем не в деньгах. Спасибо, что вы есть.

До скорого. Следующая глава не заставит себя ждать так долго.

Посыльный засеменил впереди, периодически оглядываясь, проверяя, не отстал ли гигачад в моём лице где-то по дороге. Я краем сознания отмечал его суету, а сам с трудом сдерживал радость внутри себя.

Мне хотелось вскинуть кулак к небу и как следует проорать: «Мои люди всё же дошли!» — однако делать этого точно не стоило. Я давно уже не тешу себя надеждой на то, что когда-нибудь моя фигура перестанет привлекать внимание, однако не стоит давать окружающим дополнительную пищу для размышлений.

Удержав первый радостный порыв, я всё же не утерпел и раскинул широкой гребёнкой сеть сенсорики в сторону ворот. Моё внимание металось от одной знакомой фигуры к другой. Вот Ихара, как глава каравана и всего силового блока в этой экспедиции, стоит непосредственно около ворот и о чём-то говорит со стражами, что охраняют вход в Академию. Чуть дальше расположился строй из тридцати простых воинов и двух золотооких. Это стандарт, что я ввёл: над каждой десяткой простых рубак должен стоять сверхчеловек моего производства.

Я потянулся ещё дальше и обнаружил остатки моих людей, что сгрудились вокруг запряжённых волами телег. Ещё двадцатка воинов не теряла бдительности и зорко провожала каждого, кто приближался к каравану. Моя школа.

Хруст гравия под ногами вывел меня из созерцательного состояния. Я несколько раз моргнул, фокусируя сначала взгляд на тощей спине провожатого, а потом на почтительно кивающих мне студентах, что с интересом провожали меня глазами. Я рассеянно кивал в ответ и, не имея возможности себя сдержать, опять тянулся восприятием к воротам. Головы я уже пересчитал. Теперь хотелось другого — пройтись по каждому отдельно. Ровно ли горит искра, не просела ли, не рвётся ли с краю, как бывает у того, кого зацепило в дороге. Перебирал их по одному, как пальцем по списку. Но целы. Все целы. И только теперь немного отпустило то, что сидело под рёбрами все эти месяцы.

С первого дня, как я прибыл в Сейрейтей, не было ни дня, чтобы мои мысли не возвращались к каравану, что топал по не самым спокойным местам в загробном мире. Мне было намного проще в одиночку, не сбавляя шага и не обращая внимания, есть ли под ногами дорога или её нет, нестись вперёд. У моих людей такой возможности точно не было.

— Сигиллит-сан, — вывел меня из задумчивости робкий женский голос.

Я повернулся на звук и понял, что польстил голосу, назвав его женским. Девочка лет 13–14, прикладывая нешуточные усилия, пыталась пристроиться рядом со мной.

— Да? — я придержал шаг, чтобы девочке не пришлось переходить на бег.