Взгляд мой упал на белый прямоугольник плеера на столе, и неожиданно в голову пришла мысль о том, как можно было бы скрасить одиночество Рамона.
— Ты можешь одолжить мне эту штуку? — с надеждой в голосе спросила я. — Есть один человек, которому здесь музыка нужнее, чем всем нам вместе взятым. Обещаю, верну плеер в целости и сохранности.
Немного помявшись, Софи протянула мне прямоугольную коробочку и пару беспроводных «капель».
— Только не потеряй, хорошо? Это моя первая зарплата на «Фидесе». А коллекцию музыки я буквально под взрывами собирала…
— Неужели резервных копий нет?
— Есть. На Земле. Но плеер…
— Отвечаю за него головой, — пообещала я и устремилась в сторону автомата с пищевой пастой.
Распихав по карманам несколько тюбиков, я выпорхнула из столовой и отправилась на поиски Василия. Долго бродить не пришлось — по громогласному мату, эхом расходившемуся вдоль коридора, я выследила его в электрощитовой среди гудящих механизмов. Василий, наполовину скрывшись в нише в стене, копался в каком-то оборудовании. Наружу торчали одни только ноги.
— Василий! — воскликнула я с порога. — Мне нужно вниз!
От неожиданности он дёрнулся, раздался гулкий удар о металл, и через мгновение безопасник выбрался из ниши, потирая ушибленную голову.
— Блин, ты чего орёшь?! — злобно проворчал он. — Не видишь, я занят?!
— Простите, но мне надо проведать Рамона.
— Опять? — удивился офицер. — Ты не зачастила к нему? И ладно бы только к нему, так ещё и лазишь, куда не следует…
«Значит, он узнал… Но откуда?»
— В лабораторию больше ни ногой, — пообещала я.
— Очень на это рассчитываю.
Он встал, отряхнулся, косо взглянул на меня и заковылял в сторону спуска.
— Рамон вроде в порядке, я его утром проверял. Но сидеть будет там, где сидит, пока ситуация окончательно не прояснится…
Миновав несколько изгибов коридора, мы спустились по лестнице и добрались до знакомого холла. Уже отсюда было слышно, как в своей камере ревёт и рычит Джон. Животное беспокоилось, оно хотело выбраться наружу, и давящая атмосфера этого места сразу накрыла меня с головой. Подойдя к камере Рамона, Василий заглянул в смотровое окошко и спросил:
— Рамон, ты там в норме?
— Так точно, — отозвался наставник. — Только попроси бесноватого заткнуться, а то голова уже раскалывается…
— Извиняй, если бы мог, давно бы уже попросил. Но не всё так плохо. Я к тебе посетительницу привёл.
— Кого? — вопросил Рамон.
— Это я! — крикнула я.
Молчание в ответ. Не узнал? Василий тем временем обратился ко мне:
— Я вас закрою снаружи. Посидите там, погутарьте за дела, а мне нужно с аккумулятором разобраться. Дело срочное. Вернусь где-то через час. Вопросы есть?
— Никак нет. Договорились!
Я подскакивала на месте от нетерпения, пряча в кармане плеер Софи — детское желание сделать другу что-то приятное овладело мною без остатка. Не терпелось оказаться рядом с Рамоном, поэтому, когда дверь отворилась, я стрелой влетела в камеру. Он сидел на кровати, тупо глядя в стену. При моём появлении повернул голову и некоторое время разглядывал меня с головы до ног, словно вспоминая.
— Лиза, точно! — вспомнил он наконец, расцвёл и улыбнулся.
Я подошла, села рядом и заключила его в объятия.