— Хочешь, высажу? Пройдёшься пешком.
Я пропустила колкость мимо ушей.
— Давай-ка лучше тормознём где-нибудь между барханов и бросим якорь… Эмиль, вы на связи?! Делаем остановку, подтягивайтесь!
Командир наёмников Эмиль Дюпре из второго вездехода подал голос:
— Слышим отчётливо… Крис, давай параллельно Софи, и поближе… Ребята, готовьте пока крепежи…
Здоровяк Эмиль был любителем комфорта и простора, поэтому, оставив своих бойцов в третьей машине, он предпочёл ехать вдвоём с Крисом, вальяжно развалившись на обоих пассажирских сиденьях.
Внезапно вездеход рванул в сторону, я ударилась плечом о борт, песок полетел в лицо.
— Софи, тебе кто вообще права выдавал?! — возмутилась я, отплёвываясь.
— Расслабься, я же профессионал, — раздался её весёлый возглас, пока машина, подпрыгивая, неслась в низину между высокими барханами.
— Из парка аттракционов, — проворчала я, вцепляясь в поручень — и вдруг поняла, что улыбаюсь. — Рич, готовь трос, да смотри, не вывались за борт!
Вездеход остановился, мы с Ричардом вытянули из ящика пару мотков толстых канатов с металлическими крюками и принялись развязывать крепёжные узлы. Машина ещё раз дёрнулась и заглохла. Транспортёр Криса замедлился, аккуратно подкатил почти вплотную к нашему и, поравнявшись колёсами, скрипнул тормозами.
Скинув вниз моток толстого троса, я спрыгнула в раскалённый песок, и он тут же набился за голенища. Десятком быстрых шагов, продираясь сквозь шквальный ветер, я оказалась на гребне бархана. Полоса непогоды быстро приближалась, доедая остатки синеющего к вечеру неба, а Мю Льва уже скрылась в пыльном мареве. Тут и там в клубящейся грязно-серой пелене сверкали молнии, вызывая безотчётный страх.
Древние люди, наверное, так же сжимались от страха перед лицом стихии, видя в ней гнев богов. Мы же, покорители звёзд, с нашими технологиями и имплантами, где-то в глубине остались теми же первобытными существами — просто сменили дубины на бластеры. Впрочем, возможно, именно древние инстинкты до сих пор позволяли нам, как виду, выживать из века в век…
По пустыне бродили сильные ветра, рождая лютые бури. Шанс того, что шквальным ветром огромный вездеход опрокинет набок, был невелик, но он был, поэтому не стоило недооценивать опасность и пренебрегать возможностью придать прочность конструкции с помощью тросов. Но кто окажется быстрее на этот раз — мы или буря?..
Я скатилась с бархана вниз, обежала вездеход и очутилась позади гигантских колёс параллельно стоящих машин. Нырнув под днище одной из них, прицепила крюк к рычагу подвески, провела канат под вторым вездеходом и, как следует натянув его, замкнула петлю. Проделав то же самое со второй парой колёс, я нос к носу столкнулась с Ричи, который закончил с двумя передними парами.
Ветер швырял песок в лицо, а Ричард даже здесь и сейчас не мог молчать.
— Я вот в даркнете, Лиз, такое вижу, что волосы дыбом. Документы, свидетельства, записи с камер… Там целая подпольная сеть, понимаешь? Кто-то сливает настоящую правду. Вот, например, дело «Прометея-12» — экипаж якобы перебил друг друга в психозе… Ага, как же. Я видел расшифровки переговоров. Им приказали открыть шлюзы, якобы из-за какого-то вируса, но они отказались. Тогда их взяли на абордаж и зачистили… А Энцелад? Говорят, там, в тюрьме подо льдом, собирают живой суперкомпьютер. Подключают смертников к единой биологической сети — и они уже не люди, а просто процессоры. Один чувак божился, что видел это своими глазами, пока его не перевели на режим «без связи с родственниками» и он не исчез… Или вот Титан — там, в метановых морях, нашли что-то живое. Теневую биосферу, только не углеродную — другую. Говорят, эти жидкие твари могут вступать в симбиоз с техникой…
— Рич, — сказала я, не оборачиваясь. — Заткнись.
Он замер, открыв рот и уставившись на меня.
— Ты в это веришь? — Я налегла на трос, затягивая последний узел. — Всей этой ахинее, что сливают в сеть.
— Ну, не всему, конечно, но если сопоставлять, перепроверять…
— Ты хоть раз видел живого человека, который подтвердил бы хоть один из этих «сливов»? Не в сети, а глаза в глаза.
Он замялся.
— Ну… есть пара контактов…
— Вот именно, — хмыкнула я. — Контактов. Ты даже не знаешь, кто сидит на том конце. Может, нейронка, а может, мент. Или такой же конспиролог, как ты.
— И что ты предлагаешь? — Он набычился. — Вообще забыть о том, что творится в реальном мире?
— Да. Именно это. Самые умные давно уже держатся подальше от сети и, поверь, сетевое отшельничество идёт им только на пользу. Там, за всеми твоими экранами, нет уже никакого «реального мира». Осталось только то, что кто-то хочет, чтобы ты видел…
— Хватит копаться! — крикнул откуда-то сверху Оливер. — Давайте уже внутрь, гроза совсем рядом!
— Это не гроза, а пыльная буря! — поправил Ричард. — А про грозы я знаю всё! Там, где я родился и вырос, грозы были о-го-го, и пропавшее на несколько суток электричество было меньшей из неприятностей.
— Здесь мы и сами можем запросто пропасть. — Я стукнула его кулаком в плечо. — Заканчивай трепаться, пошли!