— Может, наши дни и вправду сочтены? — риторически спросил Седой. — Люди бегут, сами не ведая куда, и это неудивительно. Случай с Кенгено можно было списать на роковую случайность, но второй — это уже система. Нависла угроза, люди это чувствуют и инстинктивно бегут. Я бы тоже сбежал, если бы было куда, да только некуда деться нам с этого кораблика. Или есть куда? — Седой хитро покосился в мою сторону. — У вас на Пиросе, Лиза, как относятся к гостям? Гостеприимный народ?
— Точно так же, как и везде, — ответила я. — Стоит вам потерять бдительность — и тут же окажетесь без штанов.
— Как хорошо, что я привык носить ремень, — усмехнулся Седой.
Арни крутанул штурвал, глайдер выскочил из потока и пошёл на снижение. Мы неслись над тёмными бетонными джунглями незнакомого района, почти касаясь крыш. Вскоре высотки закончились, впереди показался изгиб реки, и глайдер приземлился прямо на крышу одного из гигантских промышленных зданий. Крыша была по щиколотку присыпана свежим пушистым снегом, по ней змеями ползли стальные короба͐, огибавшие ступенчатые неровности и парапеты, исчезая под поверхностью кровли и появляясь вновь, а рядом возвышался огромный, в человеческий рост, блок вентиляции.
Отсюда открывался великолепный вид — здание стояло у самого берега, а на противоположной стороне, в низине, промзона бетонными площадками, складскими комплексами и обелисками армированных труб тянулась вдаль, к горизонту. Низкие облака подсвечивались прожекторами, бьющими ввысь со стройплощадки, по которой, словно неуклюжие жуки-носороги, ползали машины спецтехники, а в высоте висели пара тяжёлых гравилётов с подвесным грузом. Гул и стрёкот строительных машин накатывал с порывами ветра.
Седой указал на противоположный берег:
— Видишь пустую площадку перед складом? Твоя задача — присмотреть за поляной и прикрыть нас. Я надеюсь, нам удастся уладить вопрос с Тамбергами и их искалеченным наследничком, но мало ли что… Без моей команды — не стрелять, — распорядился Седой и вскарабкался обратно в машину.
Я расчистила небольшое «гнездо» возле каменного парапета, отделявшего меня от пропасти с темнеющим далеко внизу полотном реки. Устроившись прямо на холодном снегу, я оглядывала окрестности в прицел, холодный приклад прилип к щеке.
Пахло тишиной перед бурей… а дежавю было настолько густым и тяжёлым, что сжимало горло — я снова была на чужой войне. Опять «в обойме», на крыше с винтовкой, прикрывая чью-то тёмную сделку. Марк назвал бы это «цикличностью кармы», дядя Ваня сказал бы, что путь имеет цену, а я понимала — это и есть плата. Не за руку, которая была лишь символом. Это плата за право спрятаться в этой дыре, за крышу над головой, за отсрочку перед лицом тёмной сферы, которая уже, наверное, двигалась в сторону Земли.
Я снова стала инструментом, но… на этот раз я сама выбрала, в чьей руке оказаться…
События наслаивались одно на другое в ритме снегопада, темп происходящих изменений подстёгивала гибель Циконии, и я не ждала от предстоящей «стрелки» ничего хорошего. В глубине души я понимала, что для многих в этом грязном городе пришла пора сводить счёты, подводить итоги и подбивать баланс, потому что уже завтра чёрная сфера может оказаться здесь, прямо над нашими головами…
Один из двух глайдеров бригады Седого на той стороне коснулся площадки и припал на брюхо. Поднялись двери, маленькие фигурки бойцов выбрались наружу и принялись неторопливо обходить территорию. Вскоре к ним присоединилась и вторая машина — сбросив Физика, как и меня, где-то неподалёку, Арни и Седой явились на место встречи. Прибытие второй стороны ожидалось через несколько минут.
Отсюда площадка была видна как на ладони.
Некоторое время ничего не происходило — лишь лёгкий ветерок шуршал вдоль крыши, распугивая и разгоняя в стороны хрупкие снежинки. Вскоре вдали над рекой показалась небольшая колонна аэромобилей. Они шли в полной темноте с выключенными огнями, но я хорошо видела их в тепловизоре прицела. Две машины отделились и скрылись где-то между складами, третья зависла над водой, у всех на виду, а четвёртая проплыла прямо подо мной вдоль речного рукава, описала дугу и опустилась в центре площадки. Из машины показались трое — пожилой мужчина в угольно-чёрном плаще и двое его телохранителей.
Я сообщила в коммуникатор:
— Было четыре машины, две ушли за склады. Будьте начеку.
— Принято, — отозвался Арни.
… — Здравствуй, Расмус, — послышался голос Седого, включившего передатчик. Две фигурки на том берегу остановились друг напротив друга. — Жаль, что приходится встречаться по такому печальному поводу.
— Приветствую, Вячеслав. Мне тоже жаль, но все мы — хрупкие люди. Все мы смертны. И Янис, и я, и даже ты… Я недавно узнал про твою лейкемию. Прими мои соболезнования.
— Не нужно, Расмус, оставь их себе. Тебе они нужнее… Так что ты хотел обсудить?
— Та девчонка… Твой боец играл не по правилам, Вячеслав.
Секундная пауза, резкий порыв ветра и сдавленный смешок Седого.
— Это как — не по правилам? В «Саймеке» в кросс-боях нет правил. Ты, наверное, перепутал наше благородное заведение с «Лужей».
— Ты забыл о собственных правилах допуска к состязаниям. Мех, который не провёл ни одного боя в своей категории, не допускается к кросс-боям.
— Янис сам изъявил желание сразиться с ней. Он взрослый, самостоятельный человек и вправе вызвать на бой кого угодно.
— Конечно. Ты вбросил идею, а он за неё ухватился. Я уж не знаю, что и думать — то ли это была твоя несознательная оплошность, то ли ты сделал это специально. В оплошность я не верю. А вот в то, что ты воспользовался его наивностью, чтобы втянуть в схватку с убийцей — запросто.
— Ты говоришь о наивности старшего наследника своей бизнес-империи, который проиграл девчонке с одной рукой. Тебе не кажется, что у тебя серьёзные проблемы?
Поводя стволом и глядя в прицел, я заметила движение на высокой квадратной башне, возвышавшейся правее. Чёрный силуэт скрючился на крошечной площадке и возился с чем-то в руках. Бесформенный предмет начал принимать очертания — силуэт собирал оружие. Наверняка, снайперскую винтовку.
— Стрелок на башне, на два часа от меня, собирает оружие, — отрапортовала я.
… — Ты мне должен, Вячеслав, — твёрдым, чуть хрипловатым голосом сказал Расмус. — И я предлагаю тебе выбор. Либо ты отдаёшь мне эту девчонку…