— В красном углу ринга боец старой закалки! Непревзойдённый… Драко!
Он выдвинулся на арену неспешным шагом, выплыл, как бронепоезд. В полутьме вчерашнего бара, сидя на табуретке, я не разглядела масштаба, но теперь, стоя с ним на одном уровне, я видела всё. Он был на две головы выше и вдвое шире в плечах. Каждая мышца на его торсе, покрытом паутиной татуировок, была словно высечена из гранита. Но это было не главное.
На нём была маска. Не просто накладка, а произведение искусства из чёрного поликарбоната, стилизованное под драконью морду, с рядами шипов вдоль гребня и щелей для глаз, из которых сейчас струился тот же алый свет, что и сверху. Драко был не просто бойцом — он был персонажем. Легендой, которую сейчас будут кормить свежим мясом.
Конферансье не унимался, его голос гремел, продавая легенду:
— Сорок два боя! Тринадцать — в кросс-файте! Четыре смертельных исхода и… ни одного поражения! Поприветствуем чемпиона среди биоников!
Трибуны взорвались рёвом — аплодисменты, свист, улюлюканье, выкрики имени легендарного чемпиона.
— Драко, ты круче всех! — орал кто-то, и в этом крике была вера в идола, в его непобедимость.
Погасли и красные прожектора. На секунду мы остались в почти полной темноте, разделённые десятком метров бетонного пола… и тогда на теле Драко загорелись татуировки — причудливые, витиеватые, покрывавшие его руки, грудь, плечи, они вспыхнули изнутри тусклым, багровым свечением. Они пульсировали в такт его дыханию, как раскалённые угли под кожей. Биолюминесцентная модификация — не для боя, а для устрашения. Для шоу.
Он напряг мышцы, и свечение вспыхнуло ярче, очерчивая рельеф, каждый мускул, каждую жилу. Он был не человеком, но воплощённым мифом, демоном из подпольного фольклора.
В горле моём вновь пересохло, но дрожь ушла. Всё лишнее — страх, сомнения, даже злость — сгорело в этом алом свете, оставив после себя чистый, холодный, алмазный фокус.
Глаза мои привыкли к темноте, я видела его силуэт, его стойку, лёгкое раскачивание корпуса. Я видела не чемпиона, а цель. Слишком самоуверенную, слишком тяжёлую, слишком привыкшую к тому, что противник уже боится, ещё даже не вступив в бой.
«Вот ты какой, дракон», — пронеслось в голове. — «Победитель среди чемпионов. Поезд, который не сворачивает с рельсов».
Глубокий, медленный вдох. Выдох. Воздух пах бетонной пылью, пóтом и чем-то медным — может, кровью с прошлого боя.
«Что ж, давай станцуем. Посмотрим, кто кого съест».
Я опустилась в низкую, устойчивую стойку. Вес — на передней ноге, единственная рука прикрывает корпус, взгляд — прикован к его центру тяжести. Мир сжался до размеров ямы, а время — замерло.
Гонг прозвенел.
Драко снял маску — неторопливо, как актёр после спектакля, — и швырнул её в сторону. Под маской оказалось мужественное, даже красивое лицо с квадратной челюстью и короткой чёрной щетиной, а гладкие тёмные волосы были собраны в хвост. Он ухмыльнулся, обнажив ровные белые зубы, и двинулся ко мне — прогулочным шагом, как к заведомо лёгкой добыче.
Оказавшись рядом, он попытался просто схватить меня — обеими руками, грубо, как мешок. Я отскочила вбок, и его пальцы сомкнулись впустую, но он даже не изменился в лице — улыбка осталась. Я начала обходить его по дуге, взглядом сканируя тело: шею, плечи, суставы. Я искала брешь, слабину, старую травму.
Бреши не было. Его тело было не просто накачанным — оно было плотным. Слишком плотным. Мускулы под кожей напоминали не пучки волокон, а спрессованные тюки. Его анатомия не была естественной — напротив, он был модифицирован с ног до головы. Подкожный армирующий слой, карбоновые волокна, вплетённые в ткань… Ходячая крепость.
Нужно пошатнуть его, проверить баланс.
Я включила кинетические усилители в ногах. Лёгкий, едва слышный свист стал фоном. Рывок. Лоу-кик в колено — для проверки рефлексов.
Он увернулся. Сдвинул ногу на какие-то пять сантиметров, и мой удар прошёл вхолостую. Его ответный выпад был медленным, тяжёлым, как удар молота. Я отклонилась от первого, отбила предплечьем второй — удар отдался в кости неприятной вибрацией — и, используя инерцию, развернулась.
Раунд-кик. Всё тело — пружина, а всё усилие — в пятку. Удар пришёлся ему прямо в челюсть с глухим «буханьем», будто я ударила по дубовой колоде.
Мгновение — и я на исходной, в стойке, а он лишь повернул голову, сплюнул на пол густую, алую слюну и… ухмыльнулся шире. Даже не поморщился!
Зал ревел:
— ДРАКО! ДРАКО!
Силён. Чертовски силён. Пробить-то я его пробила — значит, броня не абсолютна, — но одной силы тут мало. Мне не хватало второй руки для клинча, для контроля. Этот «медлительный увалень» был непрошибаемой стеной, и я лишь ободрала свой новый кулак.
И тут что-то щёлкнуло — в нём что-то изменилось.
Его глаза, до того насмешливые, налились тусклым, мутным багрянцем, татуировки на его теле запылали, как раскалённые добела угли, отливая в ультрафиолете. Адреналиновый триггер — химическая перегрузка.
Он исчез.