Все трое тяжело дышали. Конь всхрапывал и мотал головой, его губы были порваны, и шла кровь: железо так сильно впилось ему в рот под весом парня, что кожа лопнула. Возможно именно это и отрезвило коня, заставив остановиться.
— Он, он… он не прыгает, переворачивается, — заикаясь и задыхаясь проговорил Гостриб, — ты… ты бы разбилась…
Юника молча с седла смотрела на парня с волосами цвета спелой пшеницы. Ей не нужно ничего объяснять, она и так все поняла.
Отдышавшись, Гостриб, не выпуская поводьев из рук, выпрямился и посмотрел девчонке в глаза:
— Я знаю, что ты сейчас обо мне думаешь. Да, я лгал тебе. Прости. Но у меня была причина. Веская.
Он выдохнул, и развернув жеребца, повел его в сторону конюшни. Оба молчали. Так же в тишине они вернулись на территорию клуба. Рыжий уже сам прискакал туда, и удивленный коновод его неспешно расседлывал, прикидывая, куда подевался всадник. Поверить, что Стрибог упал, он не мог — это было бы слишком невероятно.
Усталые, они сели в машину, и Гостриб отвез Юнику домой. Машина остановилась, но двери не открылись.
— Должен тебе сказать правду, — начал парень, не глядя на девушку.
Его голос слегка дрожал и слышалось волнение.
— Да, я умею ездить верхом, более того, эти лошади принадлежат нашему институту, а я являюсь ведущим спортсменом сразу в двух дисциплинах. Я чемпион мира Прааффи. И да. Все эти занятия были мной срежиссированы, но у меня есть причина для всего этого.
Гостриб посмотрел на Юнику.
В его взгляде слабым огоньком теплилась нежность, и надежда.
— Я хотел больше времени проводить с тобой!
Юника смотрела в его глаза, и страх плавно поднимался к ее сердцу. Ей было очень хорошо, пока он был в роли приятного компаньона, но начинать все заново она не была готова.
— Я пойду, — тихо сказала Юника, — выпусти меня.
— Конечно! — спохватился он, и дверь распахнулась.
Девушка вынырнула на улицу и быстро исчезла за дверью своего дома.
А расстроенный Стрибог уехал домой.
***
— Ты в конец потерял разум с этой девкой! — набросилась на него Лада, когда он дополз до дома, — сколько еще будет длиться эксперимент? Когда ее уже утилизируют? — возмущалась она, а парень не слыша и не видя ничего вокруг себя, поплелся душ, а потом завалился спать.
— Ты что, даже ужинать не будешь? — спросила она, но ответа так и не дождалась.
***
Всю ночь Юника просидела в медитации. Прошло не больше пары месяцев и она, поверившая, что здесь никому и ничего от нее не нужно, вновь треснулась лбом об стенку. Оказывается целый месяц Гостриб морочил ей голову! Правда, причина у него была весьма специфическая, но все равно ее это насторожило. После Нааффи она уже не верила ни словам, ни даже невербальным сигналам. Кто знает, насколько здесь профессионально умеют прятать истинные намерения. Она-то смогла научиться прятать… ну почти смогла.
Юника вошла в астрал и сразу поднялась на верхний уровень. Девушка стала целенаправленно искать Гостриба.
Сосредоточившись на его образе, Юника вспомнила самый приятный момент, и увидела, как одна из золотых нитей запульсировала. Осторожно прикоснувшись к ней, она разглядела, что нить переливается разными оттенками. Помимо золотого, там присутствовал алый цвет и нежно-розовый.
«Алый! Он говорил правду! Он влюблен!» — расстроилась и одновременно обрадовалась девушка. Да, он не врал ей, и этот затяжной розыгрыш был с целью сблизиться с ней, а вовсе не обман ради какой-то выгоды. Это радовало, но теперь в ней поселилось чувство вины: она не испытывает к нему ничего, кроме дружеских чувств, а он наверняка будет надеяться.
Она вспомнила Сайфора в таком же статусе. Он много лет был ей молчаливым укором, хотя ни словом, ни взглядом после признания в любви не намекнул ей о своей боли.
«Нужно быть аккуратней впредь, — решила Юника и продолжила рассматривать нить Гостриба.
«А розовый что? Сострадание! — наконец разобралась она, — он испытывает сострадание?! Но к кому? к ней?» Так и не найдя ответа на эту загадку, она вышла из астрала.
***