— Если ты собираешься использовать оставшееся время на допрос, лучше вернись на мостик.
— Это не допрос.
— Ты всё ещё командор. У тебя даже вопросы звучат как приказ предоставить информацию.
Система ангара объявила:
ДО ЗАПУСКА: 01:31.
Элара оттолкнулась от корпуса и пошла к трапу. Первый шаг дался ей нормально. На втором она едва заметно перенесла вес на правую сторону, как человек, который заранее знает, где тело может подвести, и умеет это скрывать.
Рейнар двинулся рядом. Не коснулся. Это потребовало больше усилий, чем он хотел признавать.
— На корабле есть навигационный контроль, — сказал он. — После выхода тебя всё равно увидит диспетчерский контур.
— Если я пойду через него.
— Ты сняла стандартный передатчик?
Элара дошла до трапа и положила ладонь на поручень.
— Не сняла.
— Перенастроила.
Её губы едва заметно дрогнули.
— Теперь понимаю, зачем тебя повысили.
— Покажи маршрут.
— Не покажу.
— Тогда хотя бы скажи, от кого ты уходишь.
Элара остановилась на первой ступени. Вот теперь он попал. Испуга Элара не показала, но до этого отвечала сразу; сейчас между его вопросом и её движением появилась доля секунды, которой раньше не существовало.
— Я ухожу не от кого-то.
— Опять точная формулировка.
— Ты всегда ненавидел точные формулировки, когда они были не твоими.
— А ты всегда использовала их, когда не хотела сказать правду.
Между ними осталось меньше двух шагов. За плечом Элары темнел вход в челнок. За спиной Рейнара пустовал ангар: он сам приказал вывести отсюда людей. Она это тоже поняла. Перевела взгляд на боковую ферму, где силовые захваты оставались сложенными.
Потом — на механический блок створок. Потом обратно на Рейнара. Проверяла. Он слишком хорошо знал этот взгляд.
— Ты можешь меня остановить, — сказала она.
Это не было вопросом.
— Могу.
— Тогда почему не остановил?
Рейнар мог ответить правильно. Красиво. Мог объяснить риск, служебные полномочия, её состояние или необходимость сначала понять причину побега. Вместо этого сказал то единственное, что имело значение: