– То есть, вам показалось, что улучшение было? – магистр прикрыл глаза чтоб не увидели его ярости от ложного вызова. – Зачем юной ведьме опыты на конюхе проводить?
Мать аббатиса вспыхнула.
– Парень весьма привлекателен, она, вероятно, решила его обморочить, чтоб развратничать всласть. Известно же, что порок их суть. Вряд ли она намеревалась бескорыстно его исцелить.
– Что привлекательный парень делал в женском монастыре? – магистр прищурил глаза. – Он ведь не евнух?
– Он вырос здесь с младенчества! – вспыхнула аббатиса. – Глухонемой недоумок, сын садовника… мы к нему относились, как к ребенку! Жалели…
– Это делает вам честь. Жалость к сирым и убогим богоугодна.
Призвали Просперо. Убогим он не выглядел, к разочарованию магистра. Румянец во всю щеку, блестящие глаза, шапка кудрей. Шелковую рубашку он снимать наотрез отказался, очень она ему понравилась. И обтягивала широкие плечи весьма соблазнительно.
Магистр заметил пылкий взгляд парня на аббатису и поморщился. Он очень не любил, когда из него делали дурака.
– Глухонемой? – ровным голосом спросил он, стараясь не выплеснуть раздражение.
Парень закивал головой и замычал, указывая себе в рот.
– Хорошо. Этот свободен. Всех послушниц по одной ко мне в кабинет. Наедине.
– Магистр! Невинные девушки наедине с мужчиной! – ахнула аббатиса.
– Вы меня за кого принимаете? – Грозно нахмурился магистр. – За насильника и сластолюбца? Это оскорбление Ордена!
– Будет исполнено, ваше высокопреподобие, – сдалась аббатиса.
Эх, а она уже и столб на заднем дворе приказала хворостом посуше обложить и маслицем полить… приказ магистр должен отдать, а они уже со всем усердием его исполнят! Будто не устал с дороги, зачем ему допросы бесконечные?
Девушки в черных рясах стали заходить в выделенный магистру кабинет. Кланялись, пугались знака Ордена и блеяли, блеяли, блеяли! Артефакт правды горел у него на груди огнем, врали ему напропалую. Только одна вдруг бросилась в ноги.
– Магистр! Умоляю, будьте справедливы! Лотта вовсе не ведьма! Она лечит словом! Я так заикалась, что все смеялись надо мной! Батюшка отправил в монастырь, а теперь скоро заберет меня обратно, он написал, что уже и жениха нашли, раз я исцелилась! – Девушка достала из-за пазухи измятый листок письма и протянула магистру.
Он брезгливо его проглядел по диагонали и вернул девушке. Приказал подняться и сесть на табурет.
– Лотта меня спасла от монашеского покрова, у меня муж теперь будет, и детки появятся. Спасите ее! Она не ведьма, она святая! Просперо врет, его аббатиса от себя отпускать не хочет, они любовники! – выпалила послушница с покрасневшими щеками.
Это магистра нисколько не удивило, он и сам предположил то же самое, хватило одного взгляда на ладного парня и еще не старую аббатису. Парень скрывать свои чувства еще не научился, по его лицу магистр мог читать, как по открытой книге.
– Как твое имя, дитя?
– Семела, ваше высокопреподобие.
– Говоришь, святая?
– Позвольте мне все с самого начала рассказать, ваше высо…
– Магистр, для быстроты, – поморщился Кристобаль.
Артефакт на груди радовал приятной прохладой. Девушка не лгала. Магистр задумчиво на нее посмотрел. Сказки? Вот как? Магия слова была известна в королевстве, только давно, очень давно, такого мага не встречалось. Разновидность магии разума. Интересно. Епископ будет весьма доволен. Может, и уехать удастся из этого захолустья. А как же? Ценного мага кому попало не поручишь провожать. Столица, да… магистр мечтательно прикрыл глаза.
– Аббатиса уже костер наладила, вас только ждали! – Отчаяние в словах послушницы выбило его из приятных мечтаний.
– Что?! – Магистр рывком встал. И снова сел. Без него не начнут. У-у, змея подколодная, до скромного лакомая! – Послушницу Корнелию я еще не допрашивал? Давай ее сюда. Остальные пусть прочь идут. И ты иди, дитя, спаси тебя Пресветлая!
Послушница Корнелия краснела, бледнела, запиналась, блеяла, однако же расколоть это гнилой орешек магистру труда не составило. Аббатиса приказала оговорить Лотту? На что только блудливые бабы не пойдут ради похоти! Сказки были. Сон был. Пробуждение было. Чувствует себя девица хорошо, и даже ходить по ночам в забытьи перестала. Лотту к лекарке определили, но там у нее успехов не случилось.
Магистр усмехнулся. И не могло случиться! Магия разума материя тонкая, это не гнойные нарывы вскрывать, их чистить надо огнем и железом, а не наговорами! Аббатиса решила, что девочка бесполезна и пустила ее в расход. Похотливая дура.