На секунду меня захлестывает волна сочувствия. Пока я не осознаю, что нахожусь в той же лодке. Как и Мейси. Как и остальные женщины в четвертой зоне. И, возможно, по всей планете.
Тайсон наблюдает за Вивиан, пока она натягивает штаны, и меня переполняет ревность, пока я не понимаю, что знаю этот взгляд. Он не испытывает к ней вожделения. Он… думает.
— Пойдем, — бормочет он низким и твердым голосом.
Вивиан направляется к двери, но он хватает ее за руку и тянет назад.
— Я не знал, что ты здесь, — говорит он в качестве извинения. — Я бы не оставил тебя с Джейми, если бы знал.
— Ты бросил меня там, — обвиняет она, рыдания в ее голосе противоречат холодной ненависти в ее глазах. — В лесу. Ты забрал мое оружие и оставил меня беззащитной, чтобы он нашел меня.
— Это не входило в мои намерения.
— Эй. — Я щелкаю пальцами перед ее лицом, пока она не поднимает на меня взгляд. — Ты знала, что здесь происходит? Об аукционе? О принудительной проституции? Охранники в курсе?
Она не отвечает, но я вижу правду в ее глазах.
— Если ты знала и ничего не сделала, ты такая же преступница, как и любой другой человек на этой планете. Учитывая это, — я развела руками, чтобы представить обстановку ее заключения. — Я готова считать, что мы квиты. Если ты проведешь нас через эти врата.
Она кивает и, прихрамывая, делает еще шаг к двери, но Тайсон снова хватает ее за руку.
— Вивиан, если ты нас подведешь, я тебя убью.
Глава 19
ТАЙСОН
Я жду в холле с Вивиан, пока Одра и Мейси упаковывают все, что может поместиться в их рюкзаках. На несколько секунд молчание между нами кажется не хрупким, а тяжелым. Полным того, о чем мы не договариваем.
Затем она произносит это.
— Ты убил его? Джейми?
— Говори тише, — рычу я.
Но она только смотрит на меня.
— Ты убил его… ради нее. — Это не вопрос, и я действительно не понимаю той смеси грусти и зависти, которую вижу в ее глазах. — Не из-за меня.
— Вивиан… — Я изучаю ее лицо, пытаясь найти что-то знакомое в чертах, которые никогда не забуду. Сейчас она старше, но и я тоже. Она выглядит меньше, но, возможно, правда в том, что я вырос.
Я помню дни, проведенные в ее шаттле, до того, как они поставили ее в пару с партнером. Я помню руки, губы и языки, которые шептали инструкции. Я помню, как она стонала мое имя, когда я делал что-то, что ей нравилось. Как она дергала меня за волосы, когда я этого не хотел. То, как она отгораживалась от меня, если я что-то напортачил, отказывалась позволять мне прикасаться к ней, пока я не попрошу.
И я умолял. В то время она была всем, что у меня было. Для меня это был целый мир.
Я помню, каким особенным я себя с ней чувствовал. Каким желанным. Каким… нетерпеливым. Я помню бутерброды и пиво. Презервативы. Музыка. Я до сих пор помню ее вкус, когда она оказалась у меня на языке. Она была единственным, что у меня было, в течение нескольких месяцев после того, как они высадили меня на Красной скале.
После того, как я убил человека и ушел сам по себе. Ее лицо было единственным, которое я видел в течение почти шести месяцев.
Но сейчас, когда я смотрю на нее, я ничего не чувствую.
Вивиан научила меня. Она использовала меня. Затем она бросила меня, оставив в мире боли и изоляции без предупреждения.
И когда у меня появился шанс, я оставил ее на месте крушения ее шаттла. Но я понятия не имел, что она все еще здесь. Я думал, что администрация заберет ее. Ее напарник вышел из леса, чтобы поймать сигнал. Чтобы позвать на помощь. Когда я вернулся, а ее уже не было, я предположил, что произошло именно это.
Но я не хочу об этом говорить. В этом нет смысла.
— У тебя есть способ позвать на помощь? — спрашиваю я ее. — Связаться с постом охраны?