Последний гость номера 313: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Странно, что при всем при этом у меня не возникло ощущения заброшенности. Скорее — паузы. Как будто номер просто ждал, когда ему снова разрешат продолжить жизнь. Жуть какая-то. Угораздило меня все-таки. И что этот Кумран там вздыхал, когда я пошутила про три трупа?

Я с сомнением посмотрела на изящную люстру и решила, что даже с моим воображением визуализировать на ней мужика в двубортном костюме не выходит.

В планах было как можно аккуратнее и тише принять душ, забраться под одеяло и почитать в интернете про отель и его скелеты в шкафах.

Взгляд тут же скосился в сторону шкафа из полированного красного дерева, и на всякий случай я проверила его, открыв дверь. Все было чисто. Ряд подушек, пара одеял и полотенец, тапочки и старый набор с нитками. Легкий налет пыли меня не пугал, потому что, к счастью, в отличие от майора Тифлисова, у меня на нее аллергии не было. Что-то в последнее время я стала часто вспоминать моего друга-полицейского. Не к добру, точно, подумала я и решительно запретила себе такие мысли.

Душа в номере не оказалось, но зато ванна была роскошной. Пару баночек с шампунями и гелями я успела сунуть в карман, проходя мимо тележки горничной, которая одиноко замерла у двери с надписью «Только для персонала», так что теперь была обеспечена всем необходимым, включая пакетики чая. Я представила, как, выйдя из ванной, заварю себе чашечку и устроюсь на огромной кровати. Нет, этот день мне начинал определенно нравиться. А то, что в номер никто не заходит без веской причины, теперь было тоже очевидно — и только к лучшему.

Закутавшись в большой халат после ванной и, не рискуя шуметь феном, я просто намотала на голове большой тюрбан и вернулась в комнату.

На столе по-прежнему стоял электрический чайник, замеченный мною сразу. Корпус кремового цвета, с мягкими округлыми линиями и хромированными вставками. Видимо, дизайнер в свое время долго смотрел старые рекламные плакаты и решил, что именно так должна выглядеть «вечная классика». Чайник выглядел новым, но при этом был точно из прошлого, как вещь, купленная в тот короткий период, когда всем хотелось, чтобы техника была не умнее человека, а просто красивой, долго работающей и функциональной.

Самое время было перейти к самой умиротворяющей части моего вечера, и я взяла в руки чайник, чтобы набрать и закипятить воды. Руки у меня медленно задрожали, и я испытала то редкое для меня ощущение, когда вроде мозг соображает, но повести рукой от ужаса не можешь. Чайник был теплым.

Глава 4. Вещи лучше держать при себе или Неподходящее место для чая

Первое, что я наконец заметила: в комнате все-таки не было ощущения, что сюда никто не заходил двадцать лет. Сюда просто двадцать лет не пускали всех подряд, но кто-то явно здесь бывает… пока все думают, что этого номера не существует.

Плотные жалюзи были закрыты так, что полностью перекрывали свет. Чайник, который привел меня в такой ужас, еще минут десять не отпускал: руки подрагивали, пока я обыскивала каждую полку и каждый ящик. При этом в мусорных ведрах не было ни крошки. Ни даже мусорного пакета. Все выглядело так, как если бы комнатой пользовались, но следов этого пользования не оставляли. Постель тоже не была смята: под покрывалом лежало идеальное отельное белье с красивым вензелем. Расстилать я не стала: достаточно было приподнять край покрывала, чтобы это понять. Уютная и удобная кровать отменяется, получается.

Мысли хаотично плясали в голове, подгоняя друг друга, потому что нужно было срочно что-то придумать. А лучше всего — как можно скорее убраться из этого места. Никакие пять звезд не стоят моего спокойствия. С некоторых пор я научилась отличать небольшую авантюру от реальной проблемы. Так вот, по моим ощущениям, здесь намечалось именно второе.

Решение пришло моментально.

Я села на стул и набрала номер Марины. Сперва пошли длинные гудки, а потом они вдруг сменились сухим: «абонент недоступен». Найти хоть одну причину, почему в день моего прилета Марина не только не встретила меня в аэропорту, не спросила, как я устроилась и добралась ли до забронированной ею городской гостиницы, но еще и отключила телефон, я не могла. Сердце молотило с той же скоростью, с какой в банке машинка пересчитывает банкноты.

А что, если ее бывший муж-банкир откупился от следствия и теперь мстит Марине и мне? Можно ли было предположить, что у него такие длинные руки, которые дотянулись до Дубая? Перед глазами возникла полная фигура Гранова с коротковатыми крепкими ручками, обтянутыми дорогим бесформенным костюмом. Теоретически, конечно, мог.

Но Гранов на суде не возражал, чтобы дети остались с бывшей женой. Значит, понимал, что она идеальная мать и нужна его детям. Кстати, а где дети?

Стараясь успеть все по работе, я последние две недели совсем забыла навещать Маринкиных отпрысков, которых она оставила у своей мамы, пока не обустроится в Дубае и не снимет квартиру. По идее, месяца должно было хватить, и детей она собиралась забрать до Рождества… Звонить Маринкиной маме было рискованно. Эта женщина каждый раз при встрече сверлила меня ястребиным взглядом, и мне самой хотелось рассказать ей, что я сегодня ела на обед, и показать свои перчатки. Но мне нужно было понимать что происходит.

Пару секунд я сидела в тишине, взвешивая все за и против. В коридоре послышался шорох — сердце снова подпрыгнуло, но, когда еле слышные звуки стали отдаляться, я выдохнула и набрала маму Марины.

— Здравствуйте, Элеонора Васильевна! Да, давно не навещала, вы уж простите, столько дел перед Новым годом. А как вы?

На этом вопросе я замерла. Потому что, если бы она сейчас сказала, что приходит в себя с детьми после перелета и обустраивается в новой Маринкиной квартире, я бы не стала сочувствовать и потребовала бы ее бессовестную дочь к телефону. А уже через пару часов пила бы просекко в Дубае. Хотя нет — сегодня скорее нужен был просто отдых с гарантией, что ночью никто не войдет в мой номер.

Но Маринкина мама вздохнула:

— А как у меня может быть? Снег третий день, мороз минус двадцать три, дети требуют идти на улицу, а я даже собаку в дом забрала из-за такой погоды.

Спрашивать, почему дети до сих пор у нее, если Марина собиралась их к этому времени забрать в Дубай было нельзя. К тому же меня вдруг накрыло настоящей волной стыда. Потому что со своей работой я совсем перестала беспокоиться о чьих-то детях и их бабушках и давно по-настоящему не разговаривала с Мариной.

Но встревоженный голос Элеоноры Васильевны вернул мои мысли к настоящему.

— За Марину очень переживаю, обещала сегодня позвонить, но уже три часа как не в сети.

— Элеонора Васильевна, я как раз от Марины. Она сегодня весь день в переговорах, попросила меня предупредить, что может пропасть. Тут иногда так бывает. То связь глушат в бизнес-центрах, то телефоны сдают на входе. Марина предполагала, что вы будете волноваться, и попросила набрать.

— А я-то удивилась, что ты звонишь.

Меня накрыло второй волной стыда. Потому что, когда я провожала Маринку в аэропорту, то обещала звонить ее маме каждую неделю, чтобы контролировать, все ли у них хорошо, и просто чтобы они там с детьми не скучали.

Маринка одновременно хотела в эту новую жизнь и боялась. Она же с восемнадцати лет была замужем за Грановым и никогда до этого не жила одна. Но больше мне отправить было некого. Где бы еще я нашла управляющего для внезапно свалившейся мне на голову «Полины интертейнмент», чтобы человек и в юридических тонкостях лучше меня разбирался, и в Эмиратах, и особенно в сложных переговорах с эмигрантскими инвесторами, которых еще только следовало найти. Собственно, это и было главной задачей Марины и судя по тому, что она вызвала меня на подписание накануне Нового года, инвестор был найден. Маринка была единственным надежным кандидатом и самым стабильным. Она не могла просто так исчезнуть.

Мне впервые за вечер стало по-настоящему страшно.