По моим прикидкам, минимум треть паттерна составляло унижение. За него хлопотали вслух при постороннем, и каждое «спасибо» ложилось на душу отдельной пудовой гирей. Дальше гадать без подсказок Психо я не рискнул.
Начислений не последовало.
Что и требовалось доказать.
— А вчера-то! — Светлана Викторовна всплеснула руками. — Вы и полицией его, и опекой, и что квартиру отберут. Он аж на пол сел!
— На стул. — поправил я.
— Ну на стул! А вы ему: «Я лично прослежу!» И этот… как его, Костя?
— Дневник. — мрачно подсказал парень.
— Дневник! Электронный! Он до ночи спрашивал, что это за дневник такой.
— Мама, я не так тебе рассказывал!
И здесь, значит, история обросла никак не связанными с действительностью подробностями. Интересно, это чисто женская черта или особенность любого нормального человека? Может, мне тоже нужно так делать? Типа сходил в магазин, а всем рассказываешь, что добыл буханку хлеба в боях с монголо-татарами. С таким я справлюсь.
Но вот чего мой визит точно не подразумевал, так это того, что в квартире Орловых поселится надежда.
— Роман Дмитриевич, чем я могу вас отблагодарить? — спросила женщина, вцепившись в ремешок сумки. — Хотите пирог испеку? Или свяжу что-нибудь. Я хорошо вяжу!
— Не нужно.
— Ну как не нужно! Вы же…
— Светлана Викторовна, правда не стоит.
— Нет, я так не могу! Скажите, что.
Каждое мое «не нужно» ее только раззадоривало, а Костя отступал на полшага назад и рисковал скоро выйти за территорию школы. Опять ему прогул, что ли, ставить? Придется спасать парня.
— Хорошо. — согласился я. — Если хотите, напишите благодарность на имя директора. Отдайте в секретариат: первый этаж, по правую руку. Такие бумаги подшивают в личное дело.
— И все?
— Поверьте, мне это очень сильно поможет.
— Тогда я прямо сейчас! — женщина посмотрела на часы. — Успею. Костя, иди на урок.
Она одернула на сыне толстовку, получила короткое «мам, ну» и заспешила к дверям. Костя посмотрел ей вслед, потом на меня. Открыл рот, закрыл и двинулся в школу.
Расчет простой. Благодарность ляжет в личное дело, и станет в нем первой настоящей бумажкой. К тому же я не верил, что Галина Сергеевна от меня отстала, а тут какой-никакой плюсик в характеристику.
Ну и еще один момент.
«Она делает, я говорю».
Даже псих осваивает метод, если показать ему три раза.
Восьмой «А» вошел в зал, где уже вовсю играла выбранная мной накануне музыка. Сто двадцать восемь ударов в минуту, без вокала и без пауз. Первые трое остановились в дверях, следующие пятеро уткнулись им в спины. Секунды четыре класс привыкал к новой реальности. А потом заговорил весь разом.
— Роман Дмитриевич, у вас тут колонки⁈
— Они работают?
— Дискотека!