Даун Крик. Близнецы: читать начало книги онлайн

Единственное скупое заявление, которого дождались акулы пера от Три́кстеров, гласило:

«Мы сожалеем, что сын не познакомил нас со своей избранницей и до последнего скрывал намерение жениться. Возможно, если бы помолвка происходила в нашем доме, то подобного ужаса не произошло, и у нас появилась бы дочь».

Оставалось лишь невольно восхищаться их выдержке и способности беззастенчиво врать. Думаю, они знали о той, другой девушке, но предпочли не впутывать дочь помощника мэра в скандал и сделали вид, что не осведомлены об амурных делах сына.

Три́кстеры невольно сыграли мне на руку подобной реакцией. Вероятно, поэтому полицейские проявили невиданную тактичность и вызвали А́ву на допрос, лишь когда она вернулась в Сиэтл. Да и то, ограничились тем, что сняли отпечатки пальцев и взяли кровь на анализ.

Однако родителей полиция пригласила на предварительную беседу практически сразу, как началось расследование. В полицейском участке отец с матерью подтвердили, что их дочь в течение года встречалась с Дональдом Три́кстером. Совсем недавно, на Новый год, они приезжали в Даун Крик и выглядели влюблёнными друг в друга и очень счастливыми. В ту роковую ночь дочь действительно неожиданно приехала поделиться с ними радостью. На этом месте маман, как заправская актриса, всплеснула руками и произнесла:

«Какое счастье, что А́вочка не смогла дотерпеть до утра после того, как Дональд сделал ей предложение, и приехала в отчий дом! Страшно подумать, что и её могли тоже убить во время ограбления! Я бы не пережила, если б с моей единственной дочерью что-нибудь случилось!»

После она так натурально разрыдалась, что дальше допрашивали только отца. Он завершил показания рассказом о том, что утром А́ва отправилась на прогулку на мотоцикле, но не справилась с управлением и попала в небольшую аварию. Ничего страшного, в основном ушибы и ссадины. Если бы копы осмотрели байк, то нашли бы доказательства правдивости слов родителей, но пока имя А́вы не стояло в списке подозреваемых, экспертизу проводить не стали. Получилось, что зря же я волочил мотоцикл по берегу, а сестра впоследствии прекрасно сымитировала падение. С другой стороны, всегда лучше перестраховаться.

Уверен, родители догадались, кто отомстил за их дитя, но с их губ не сорвалось ни единого слова обо мне. Думаю, они решили: пока никто в лоб не спрашивает их о сыне, делать вид, что его не существует. Впрочем, им не привыкать.

Старый лейтенант из полиции Сиэтла, допрашивавший А́ву, сразу проникся к ней симпатией. Вопросами сильно не докучал и, в целом, выполнил свою работу до смешного формально. Правда, был один неприятный момент, связанный с тем, что эксперты всё-таки нашли множество отпечатков пальцев А́вы и её кровь на ковре в квартире потерпевшего. Но в итоге всё разрешилось благополучно: полицейские пришли к выводу, что такая хрупкая девушка никак не сумела бы убить парня, весившего в почти полтора раза больше, чем она. И уж, конечно, этот кроткий ангел не смог бы расчленить тело жениха, который только что стал её первым мужчиной.

План сработал практически идеально, и можно было переходить к следующему этапу: наблюдению за дружками Дональда Три́кстера, причастными к изнасилованию. Я собирался подробнейшим образом изучить их маршруты, знакомства и любимые места, дабы, когда уляжется шум от убийства их главаря, приступить к завершающей фазе. Я не хотел придавать жертвоприношению широкую огласку и не желал себе славы серийного убийцы. Всё, к чему я стремился – это выполнить условия сделки со Зверем и одновременно наказать обидчиков А́вы. После оказания сестре подобной «услуги» она не сможет мне отказать в маленькой просьбе, и мы станем свободными.

Однако вскоре я понял, о чём говорил дух. Случилось событие, вынудившее меня приблизить час возмездия. Остался неотвеченным только один вопрос: «Как Зверь об этом узнал?»

Джек

Я нёс обжигающий пальцы стаканчик с кофе, изо всех сил стараясь не пролить. Ещё немного и драгоценный эликсир бодрости окажется на полу или ещё хуже – на мне. Курить хотелось нещадно. При мысли о сигарете левое плечо с наклеенным никотиновым пластырем стало зудеть. От невыносимого желания там почесать вероятность разлива кофе возросла. Наконец я донёс свой бесценный трофей и издал победный клич. Марта, сидящая за соседним столом, подняла глаза от отчёта и посмотрела на меня с таким сожалением, с каким может только счастливая мать семейства:

– Жениться тебе надо, Джек. Вон уже седина начала пробиваться, тридцать шестой год пошёл, а ты всё в холостяках бегаешь.

– Что ж поделаешь, Марта, если ты уже замужем? Буду ждать, как верный пёс, твоего развода.

– Паяц, – улыбнулась Марта, и её щеки окрасились лёгким румянцем.

Подобный разговор неизменно возникал у нас где-то раз в месяц, и я неизменно отшучивался. Не мог же я рассказать ей правду.

«Мне шёл двенадцатый год. День Благодарения. Мама испекла тыквенный пирог и зажарила индейку. Я зашёл в кабинет отца, чтобы позвать его ужинать. Папа, как это часто бывало, заснул за столом прямо на разложенных бумагах. Пахло виски и дешёвыми сигаретами. Я застыл в дверях, не зная, как мне поступить: оставить всё как есть, и провести нормальный вечер без ругани родителей, или разбудить. После долгих колебаний, я решил посмотреть, что за документы на столе. Если это «дело Чистильщика», то лучше предоставить отцу проспаться до утра. Иначе он встанет дьявольски злым, и праздник будет безнадёжно испорчен. Если просто по работе, то велика вероятность, что всё обойдётся. Я на цыпочках подошёл, заглянул в бумаги и не удержался от вздоха. Так и есть, отец снова пытался разгадать личность неуловимого серийного убийцы. Я тихо развернулся и собрался уходить, как увидел на полу возле стула листок с каким-то рисунком. Мне стало любопытно, и я поднял его.

Это был фоторобот. Точнее, копия искусно нарисованного портрета женщины. В то время ещё не существовало специализированных программ, и рисунок был выполнен карандашом. Не знаю, насколько фоторобот был близок к оригиналу, но художник изобразил лицо с таким количеством деталей, что казалось, она сейчас улыбнётся. Женщина с портрета просто поразила меня своей удивительной красотой. В ней было прекрасным всё: глаза с чуть вздёрнутыми уголками, пухлые губы, высокие скулы. Несмотря на то что, вероятнее всего, эта женщина являлась преступницей, и на вид она была старше меня лет на тридцать, её образ навсегда отпечатался в моей памяти.

Я осторожно спрятал листок за пазуху и покинул кабинет, молясь, чтобы отец утром не стал искать пропажу. Добычу я спрятал в своей комнате, и часто перед сном вглядывался в лицо незнакомки, пытаясь понять, кто же она. Мне повезло, позже я узнал, что фоторобот не являлся важной уликой из дела Чистильщика, и поэтому его не хватились.

Повзрослев, я периодически задумывался, была ли моя одержимость женщиной с рисунка дьявольским наваждением или просто влюблённостью мальчишки, вступившего в пубертатный возраст. Так или иначе, с тех пор я всегда бессознательно пытаюсь найти в толпе её черты».

– И где ты увидела седину? Я ещё мужчина хоть куда, в самом расцвете сил.

– Да уж, мужчина в расцвете сил, – фыркнула Марта.– Тебе что, заняться нечем? Могу подкинуть работёнку. Когда в отпуск уходишь?

– Сегодня какое? Двадцать четвёртое мая? Ещё две недели смотреть на ваши унылые физиономии.

– Везунчик, – вздохнула коллега и указала на заваленный документами стол, – а меня скоро похоронят в этих бумажках. Я ещё не успела обработать прошлые запросы, а сегодня пришла новая порция. Воистину, понедельник – мой самый нелюбимый день недели

– Я тебе помогу, – пообещал я, устраиваясь на рабочем месте, – всё равно до отпуска вроде никаких дел не намечается. Сейчас напишу пару последних рапортов и присоединюсь к тебе после ланча. Я возьму запросы с первого мая до середины месяца, а ты – остальные.

– Тогда с меня ланч! — воскликнула Марта. — Спасибо тебе, Джек, лейтенант хочет видеть отчёт об обработанных запросах к завтрашнему полудню. А к нам, как на грех, сегодня свекровь приезжает, не хотелось бы допоздна задерживаться на работе и потом выслушивать, какая я плохая жена и мать.

– Ты отличная жена и мать!

– Да, ведь я кормлю семью китайской едой всего лишь дважды в неделю! – рассмеялась она и вернулась к работе. Я последовал её примеру.

После ланча я забрал со стола Марты стопку факсов и распечаток. Надо же, на дворе XXI век, а полицейские так и шлют по-старинке факсы. Есть же электронная почта, в конце концов