Дэрил снова взялся за болты. Бен вернулся к мотоциклу. Каша булькала, костёр потрескивал.
Из магазина вышли остальные. Тащили сумки, набитые консервами, водой, какой-то одеждой. Бен поспешил к котелку, чтобы показать, что он занят. Чтобы никто не заметил, как дрожат его руки.
Дэрил не оборачивался. Только смотрел на огонь и думал о чём-то своём.
Глава 16
Я сидел в трейлере, склонившись над чертежами, и тупо смотрел на них уже, наверное, час. А может, и больше. Гардероб не работал... Ну, работал, но местами через жопу, иногда даже в прямом смысле. Он и так был громоздкий, медленный, не чета тем, что были на «Ишимуре» или в космических станциях. Но сейчас... сейчас просто бесило. Сенсоры барахлили, манипуляторы дёргались, а те, что в основной кабине, вообще сходили с ума и творили дичь. Вчера, например, они попытались натянуть рукав комбинезона на голову манекену. Время убито, запчасти угроблены и похоже, придётся разбирать всё на хрен и делать вручную.
— Дядя Айзек, а почему ты ругался с тётей Лили?
Я оторвал взгляд от чертежей. Рядом, на лежанке, сидела Клементина. Смотрела на меня своими большими глазами и ждала ответа.
— В смысле ругались? — я даже не сразу понял, о чём она.
— Ну вы вчера вечером так кричали друг на друга...
— А... Оу... — до меня дошло. Я почесал затылок. — Ну... это... кхм... у нас была тренировка.
— Тренировка? — Клем наклонила голову.
— Ага. Ночная тренировка, борьба в замкнутом пространстве с ограниченным светом. Очень важно для выживания.
— Вау, — Клем аж подскочила на месте. — А мне можно с вами потренироваться?
— Кхм... — я закашлялся. — Ну... это потом как-нибудь, подрастёшь немножко, а потом подберёшь себе спарринг-партнёра.
— А ты?
— Ну я... я уже старый буду для таких спаррингов.
Я лихорадочно соображал, как перевести тему.
— Слушай, Клем. А подскажи-ка мне: почему, по-твоему, наш гардероб не работает?
Она задумалась. Наморщила лоб, потом выдала с той непосредственностью, на которую способны только дети:
— Может, он кушать хочет?
Я хмыкнул.
— Ага. Кушать, конечно. Сейчас мы ему печенек принесём, он и заработает...
И тут меня осенило.
Кушать. Питание.
Я рванул к чертежам, переворачивая страницы, вглядываясь в схемы. Точно. Как же я раньше не понял? Дело не в запчастях, не в манипуляторах, а дело в питании, распределение электричества идёт неравномерно, и главная часть, где идёт переработка материала, жрёт львиную долю. На манипуляторы ничего не остаётся. Когда они без дела — всё нормально. Но как только начинают работать — напряжение проседает, а преобразователи не справляются.
Вот оно, блядь, в чём дело.
Я подскочил, подхватил Клем на руки, обнял, поцеловал в лоб.
— Спасибо, Клем. Ты лучшая!
Она рассмеялась, а я уже схватил чертежи, выскочил из трейлера и помчался к ангару и на бегу заорал:
— Теодор! Где Теодор?!