Блядство.
Надо спать, а то уже мысли путаются. Утро вечера мудренее, как говорил кто-то умный. А завтра... завтра решу. Или не решу. Или всё решится само, как обычно.
Глава 3
Раннее утро на складе встретило сыростью и тусклым светом, который еле пробивался сквозь мутные окна под потолком. Где-то капала вода, слышались редкие голоса — народ потихоньку просыпался, готовился к новому дню.
В подсобке, которую военные приспособили под спальню, было тихо. Из ящиков здесь сколотили несколько лежанок, накрыли их одеялами и куртками — простенько, но ночевать можно. На одной из таких лежанок, съёжившись в комок, сидела Лори. Глаза красные, опухшие, под ними тёмные круги — понятно, что не спала всю ночь. Волосы растрёпаны, кофта на плечо сползла, но ей было плевать.
Рядом пристроился Карл. Он обнимал мать за плечи, прижимался к ней и говорил тихо, но настойчиво:
— Мам, ну перестань. Папа приехал, он теперь с нами. Он же никуда не уедет, правда? Ты не плачь, всё будет хорошо.
Лори всхлипнула, погладила его по голове, но ничего не ответила. Слова застревали где-то в горле.
Дверь со скрипом отворилась.
На пороге стоял Шейн. Вид у него был тот ещё — лицо разбито, нос распух и свёрнут на сторону, под глазом огромный синяк, на скулах ссадины. Вчерашняя встреча с Айзеком оставила свои отметины, и отметины эти были впечатляющими. Он переступил порог, замер, глядя на Лори.
— Лори, — начал он, стараясь говорить спокойно. — Нам нужно поговорить. Серьёзно.
— Уходи, Шейн, — голос у Лори был глухой, уставший. Она даже не повернулась.
— Лори, ну послушай хотя бы минуту...
— Я сказала — уходи. Не сейчас и не здесь... И никогда!
Шейн шагнул вперёд, собираясь возразить, но в этот момент дверь снова открылась, и в проёме появились Эми с Теодором. Эми замерла на полшаге, увидев Шейна, Теодор встал у неё за спиной.
— Ой, — Эми растерянно моргнула. — Мы не вовремя, да?
Шейн перевёл взгляд с неё на Теодора, потом обратно на Лори. Та даже не обернулась. Он сжал челюсти, развернулся и, не сказав ни слова, вышел, на ходу задев плечом Теодора.
— Доброе, — Эми прикрыла дверь и подошла к лежанке. Присела рядом с Лори, осторожно взяла её за руку. — Ты как?
Лори вытерла слёзы рукавом, попыталась улыбнуться, но вышло криво.
— Нормально, — буркнула она.
— Ага, вижу, — Эми вздохнула. — Ладно, не хочешь говорить — не говори. Я рядом просто посижу.
Теодор остался стоять у двери, переминаясь с ноги на ногу. Чувствовал себя явно не в своей тарелке.
Повисла пауза. Карл посмотрел на Эми, потом на Теодора, но ничего не спросил — притих, прижавшись к матери.
— Слушай, Лори, — Эми решила не тянуть. — Я понимаю, сейчас время хреновое, но... ты не знаешь, что с нашими? С теми, кто в лагере был? Где они, кто выжил?
Лори подняла на неё глаза.
— Глен... — начала она тихо. — Глен на какой-то машине пытался ходячих увести в сторону. У него частично получилось. Грузовик с военными и мы смогли прорваться.
— Живой? — оживился Теодор из угла.
— Вроде да. Куда уехал — понятия не имею.
— А Дейл? — спросила Эми.
— Дейл на своём фургоне через другие ворота выскочил. С ним Пелтье — Кэрол, София, Эд. Все вместе уехали. За ними вроде ещё одна машина была.