На телефоне Гиляева и правда были следы вредоносного приложения, и даже остался apk-файл, который маскировался под техническую утилиту. Кто-то поставил его давно и не собирался удалять, чтобы получать данные в реальном времени.
Так что вариант со шпионом серьёзный. Хотя такое могли поставить и люди из ФСБ, но они работают грубее. А тут только намётанный взгляд Тумана.
Наблюдаем. Финансовый директор вернулся в кабинет и поставил телефон на зарядку, и данные пошли мне. Но на его телефоне ничего подобного не было, это пустышка, которую он использует для вида.
Я собирался идти дальше, но на выходе меня вдруг остановил Гоша, мой коллега и «наставник».
— Ну кто так работает? — возмутился он. — Я Олегу пожалуюсь, если так и дальше будет повторяться!
— Бро, — с укоризной произнёс я, — мне тут вообще кучу документов надо подписать и допусков. Я и так с первого дня припахан, и меня зовут повсюду, то туда, то сюда. А ты, я вижу, хочешь на меня всё спихнуть, чтобы самому в «Геньшин» играть.
— Не-не-не! — Гоша поднял руки. — Просто меня Олег просил присмотреть, как ты будешь работать…
— Так и смотри. Как закончу, подойду.
Но я продолжил изучать доступную мне часть офиса, пока не закончился рабочий день. А заодно прикидывал, кто мог получить доступ к кабинету Гиляева.
— Что думаешь? — спросил меня вечером Глеб Шилов.
Глеб был человеком надёжным, мы вместе пережили уже достаточно всякого, но сам он в гостях у меня не был и даже не думал, что я хорошо готовил. Поэтому мы встретились в кафе, где бородатые парни в клетчатых рубашках носили крафтовые бургеры, крафтовое пиво и лимонады, тоже крафтовые. Дорого, конечно, но вроде неплохо, хотя и жирно.
Шилов думал, что зумеры вроде меня такие места обожают. Впрочем, я любил есть вкусно, но мог есть всё, а уж в компании тем более.
— Думаю, тут целая совокупность всего, — сказал я, натянув резиновые перчатки, которыми полагалось есть бургер.
Глеб себе заказал бургер из рваной свинины, потому что никогда такое не ел, и уже, похоже, пожалел, потому что все кусочки рваной свинины высыпались из булок на тарелку с другой стороны. Но я взял классику и особо не парился, хотя с такой высотой бургера можно было порвать себе рот.
— Если бы был руководитель, который не говорит про себя целыми сутками, — заключил я, — от системы был бы результат уже вчера.
— Я и говорю, — он с довольным видом посмотрел на огромные кружки пива, которые поставили нам на стол.
— И если там крот, он мог бы затормозить, но сейчас, с таким подходом от шефа, продукт вечно будет в статусе «постоянная недоделка». И много для этого делать не надо. Просто немного мешать и выживать ведущих разработчиков. Поэтому там такая текучка.
— Всё про шпиона думаешь, — Глеб хмыкнул. — Я думаю иначе, но у тебя интуиция развита, будем проверять твою версию. Послезавтра приезжает подруга Гиляева, потом Наташа. И ты вместе с ней пересечёшься с целью в ночном клубе, и Наташа ненавязчиво скажет про тебя…
— А ФСБ же ещё своим занимается, — напомнил я.
— Они нам мешать не будут, — отмахнулся Шилов.
Я покачал головой. Думаю, у них свои цели, особенно, когда есть столько доказательств, что в фирме с секретным госзаказом воруют деньги. И они могут вмешаться в любой момент.
И на следующий день всё вышло именно так, как я думал.
Утром недалеко от офиса увидел сисадмина Макса с помытой головой, выбритого, в костюме, а ещё в сопровождении крепких парней с характерными лицами прожжённых чекистов.
Я постучал по очкам и написал на телефоне об этом.
— Тогда лучше не заходи, — предупредил Глеб. — А то дадут по башке за компанию.
— Нет, — тихо возразил я и пошёл в сторону лифта.
Нет, отступать всё равно нельзя, мне нужна информация, или останусь не у дел. Мне ещё надо доделать свою работу. Похоже, ФСБ или узнала про операцию и решила закончить быстрее, или нашла какие-то твёрдые доказательства, вот и готовит штурм.
Или узнали меня и решили утереть нос «Контуру». Тем более, тут замешан Зубов, который с «Контуром» не дружит. Мог потянуть за связи даже из региона и ускорить события.
Я пошёл в сторону кабинета руководителей, но Гиляева на месте не было, а вот финансовый директор Мельников явно чувствовал себя не в своей тарелке. Гладко выбритый мужчина за сорок в аккуратном костюме только что вышел из помещения, в котором, как я вчера запомнил, стоял шреддер. Тут комментарии, для чего он там был, излишни.
Сделал вид, что его не вижу, прошёл дальше, но за поворотом резко развернулся и двинул за ним. Финансовый директор шёл в сторону закрытой зоны испытаний.