– Ну, конечно. – Марк улыбнулся, с каждой минутой становясь все увереннее. – Послушай, еще увидимся, хорошо? Тогда и поговорим.
Упершись руками в барную стойку, Чарли прошипела, понизив голос:
– Если я тебя снова увижу, урою.
Улыбка Марка угасла. В отличие от брата он никогда не был крутым парнем, но был заурядным мошенником. Чарли надеялась, что ему достанет ума исчезнуть, подобно растворившейся в океане капле воды. Наливая шоты, она заметила, что у нее дрожат руки.
Из кабинета Одетты вышел пожилой седовласый мужчина в сером костюме в тонкую полоску. Выглядел он крайне смущенным. Почти наверняка это был тот самый джентльмен, о котором рассказывал Дон. Тот, которого начальница развлекала в подсобке. Оставалось надеяться, что стилисты не будут возражать против еще одного незнакомца, затесавшегося на их вечеринку.
Радуясь поводу отвлечься, Чарли взглянула на Дона. Он смешивал мартини, а на полке рядом с ним не переставая вибрировал телефон. Проходя мимо, Чарли увидела высветившееся на экране имя «Эрин». Так зовут девушку Дона. В последний раз Чарли видела их вместе в гостях у Барб и Эйми. Она пришла потусоваться на ночь глядя и стала свидетельницей того, как Дон с Эрин ожесточенно спорили на кухне о том, кто из них первым обошелся с другим несправедливо. А еще Дон тогда плакал, хоть и пытался это скрыть. Чарли ему посочувствовала. Она и сама много раз плакала на вечеринках.
Она все еще не оправилась от визита Марка, и надрывающийся телефон вызывал у нее тревогу.
Пожилой господин в костюме в тонкую полоску в ожидании стоял у барной стойки. Тут Чарли сообразила, что он ей знаком. Не лицом, а часами «Вашерон Константин», которые Винс заметил на его запястье, когда мужчина проскользнул в бар месяц назад, пытаясь не быть замеченным и потому припарковавшись на задворках.
Он был одним из давних клиентов Одетты и причиной, по которой она являлась полуотставной доминатрикс.
– Что у вас есть из разряда подороже? – спросил он.
Чарли подняла брови. У них имелся хороший алкоголь, но, учитывая стоимость его часов (сопоставимо с новой машиной), она не была уверена, что сумеет его впечатлить.
– «Макаллан» двадцатипятилетней выдержки по двести долларов за рюмку, – ответила она, справедливо рассудив, что скотчи и бурбоны по пятьдесят-шестьдесят долларов и предлагать не стоит.
– Мне двойной, – сказал мужчина, доставая четыре стодолларовые купюры и две двадцатки. – Она велела передать вам, что налить нужно прямо в миску.
У Чарли давно не было такого запроса. Сунув руку под шкаф, она вынула собачью миску из нержавеющей стали, которая весьма заинтересовала женщину со змеей. Плеснув две щедрые порции скотча, Чарли взболтала и поставила миску на пол у барной стойки.
Почуяв, что намечается нечто интересное, стилисты подошли ближе и столпились вокруг. Мужчина медленно опустился на четвереньки и начал лакать скотч. Чарли видела, как на его щеках появился румянец. Должно быть, к первоначальной неловкости добавилось знатное унижение. Одетта поистине злодейка!
Большинство наблюдавших выглядели удивленными, нескольких происходящее ужаснуло, и по крайней мере одного заинтриговало. Поймав на себе вопросительные взгляды, Чарли пожала плечами и продолжила принимать заказы.
– Можно мне так же выпить пива? – спросила женщина с волчьей стрижкой.
– За дополнительную плату, – сообщила ей Чарли.
– Он что, будет лаять, как собака? – допытывался парень с обесцвеченными волосами, подталкивая приятеля.
– Если она ему велит, – ответила Чарли, кивая в сторону Одетты, которая как раз появилась из подсобки и направилась к бару. На ней было черное неопреновое платье и высокие красные сапоги со шнуровкой до колен.
– Черт, – ахнул парень.
– Черт, – подхватила женщина со змеей.
Чарли вернулась к смешиванию коктейлей. Допив, парень с обесцвеченными волосами и его друг оставили щедрые чаевые, словно надеясь таким образом отвести сглаз.
– Ну, как дела, Марни? – спросила Одетта женщину со змеей, которая, должно быть, являлась владелицей салона.
– Хорошая вечеринка, – одобрила та, указывая на мужчину на полу. – Но не сравнится с той, что была у тебя.
Долакав скотч, пожилой господин в костюме медленно поднялся, с достоинством отряхнул пиджак и, кивнув Одетте, направился к двери.
– Хорошая собачка, – крикнула она ему вслед.
– Хотите, приготовлю вам «Авиацию»? – спросила Чарли у начальницы и, не дожидаясь ответа, потянулась за джином.
Одетта улыбнулась.
– Идеально, дорогуша.