– Скажите, – спросила она, – насколько хорошо вы знаете Аделину?
Повисла долгая пауза.
– Да, вы меня подловили, – наконец признался мужчина. – Я учился в школе с подругой Адди. Поэтому она не сомневается, что я отнесусь к истории ее кузена со всем уважением. Она решила, что вы могли бы дать Реми понять: разговаривать со мной безопасно. С тех пор как появились новости о нем, он предпочитает хранить молчание. Никаких заявлений или интервью. Но так не может продолжаться вечно.
– Технически Аделина его тетя, а он ее племянник. – Чарли очень надеялась, что этот факт попадет в финальную версию статьи.
Повисла долгая пауза: репортер, похоже, решил сменить тактику.
– Вам будут звонить другие новостные агентства. История Реми не останется просто абзацем в длиннющем перечне преступлений Лайонела Солта. Это общенациональные новости. Послушайте, я не пытаюсь вас предостеречь, но на свете много беспринципных людей.
– Беспринципных людей, говорите? – повторила Чарли, чьи мысли лихорадочно метались в голове.
Репортер одобрительно рассмеялся, намеренно не обратив внимания на намек.
– Эта история слишком хороша, – сказал он. – Мерзкий богач больше года держит взаперти своего симпатичного внука – светского льва, одновременно выставляя его виновным в убийстве. Насколько я понимаю, в деле замешаны наркотики. Это станет сенсацией в вечерних новостях. И в утренних шоу тоже, особенно если Реми готов поплакаться. Черт, он мог бы написать обо всем этом книгу.
В одном репортер прав – публика всегда проявляет к богачам повышенный интерес, и домыслы о том, что один из них замешан в чем-то столь грязном, казались привлекательными сверх всякой меры. Страдания молодого красавца Реми Карвера непременно взволновали бы общественность.
Жаль, что молодого красавца Реми Карвера больше нет в живых.
При мысли о том, какое пристальное внимание будет приковано к Реду, голос Чарли дрогнул.
– Я передам ему, что вы звонили.
– Мы могли бы поговорить… Мы с вами, – заторопился репортер. – Ничего личного. Не для протокола. Просто несколько деталей из прошлого. Его мать умерла от передозировки наркотиков, не так ли? Должно быть, для него это стало страшным ударом. Будучи его девушкой, вы…
– Если Реми захочет дать интервью, то сообщит вам, – перебила Чарли.
Репортер забубнил что-то еще, но она повесила трубку и позвонила Аделине.
– Чарли Холл, – сказала Аделина своим мягким, интеллигентным голосом, с легким придыханием, как у маленькой девочки. – Наконец-то. Мне нужно тебя увидеть. И Реда тоже.
– Ну, не знаю, – протянула Чарли. – Вдруг он будет слишком занят пресс-конференцией? Со сколькими репортерами вы связались?
– Мне требовалось дать тебе стимул перезвонить мне, – парировала Аделина, как будто такой ответ был совершенно логичен. – Готова заплатить тебе за потраченное время, ты же понимаешь.
Аделина унаследовала значительную часть состояния Солта. Опубликованная в газете цифра была ошеломляющей – около 400 миллионов долларов. Она, конечно, могла позволить себе подкупить Чарли, у которой сейчас даже не было официально зарегистрированного автомобиля на ходу.
– Не нужны мне ваши деньги, – отрезала Чарли.
Аделина тихо усмехнулась, почуяв очевидную ложь.
– Реду пора спланировать свое возвращение в свет, и Тревор мог бы сделать отличное первое интервью. Он друг и потому будет терпелив с Редом. Конечно, сначала мы порепетируем. Вернемся к этому разговору, когда ты приведешь его в субботу.
– Если хотите его увидеть, вы знаете, где меня найти.
Через несколько недель после смерти Солта Аделина прислала одежду Реми – в таком количестве, что ею можно было бы заполнить два просторных шкафа, и вся она из невероятно дорогих тканей.
– Но как я узнаю, когда Ред дома? – спросила Аделина – сама невинность. – Вы с членами Теневой ложи чересчур его загрузили. Люди беспокоятся о нем. Со мной связывались несколько его школьных друзей. Все хотят его навестить. Нам придется составить расписание встреч.
– С его друзьями? – переспросила Чарли, не зная, что с этим делать.
– Выходные вполне подходят, не так ли? Если только у тебя нет других дел.
Чарли вспомнила виденные ею в интернете фотографии Реми Карвера той поры, когда он вращался в светском обществе Нью-Йорка. Реми на благотворительных балах в смокинге и с бокалом шампанского в руке. Аделина всегда рядом. В окружении богатых девушек с мелированными волосами, выщипанными бровями, в атласных коктейльных платьях. Молодые люди в накрахмаленных рубашках с расстегнутым воротником, с блестящими золотыми ремешками часов и щетиной, как у кинозвезд.
Сможет ли Ред ему подражать? Сможет ли стать Реми? В конце концов, они созданы из одних и тех же воспоминаний, одной крови и травм.