Я все еще в шоке от того, что они родственники, и слегка раздражена, что он утаил от меня эту информацию. Полагаю, это не имеет большого значения, но я думала, мы уже прошли этап секретов.
— Дворец назначил астрономическую награду за ее голову, — сказал Аран. — Достаточную, чтобы перекупить некоторых из наших. Кто-то проболтался, что она в Нириэле.
Я не упускаю напряжение, лежащее в основе его слов, но мои мысли заняты другим.
— Мне нужно домой. Я должна убедиться, что моя семья в безопасности.
— Они будут знать, что мы направляемся туда, — говорит Аран, все еще глядя на Рошана.
Рошан мрачно кивает.
— Вероятно. — Он выдыхает и снимает шлем с головы. — А пока нам нужно поесть и набраться сил. Потом разберемся с порталом.
Аран бросает мне жестянку из ближайшей кучи, и я заставляю себя открыть ее, несмотря на расстроенный желудок. Пахнет медовой фасолью, и мой живот сводит судорогой. Морщась, я отправляю немного этой бурды в рот и жую. Холодно и комковато, но я знаю, что питание важно.
Рошан быстро заканчивает свою жестянку, а затем подходит ко входу в камеру.
— Ты куда? — спрашиваю я его.
— Проверить, все ли в безопасности, — говорит он через плечо. — Я скоро вернусь. Постарайся отдохнуть, если сможешь.
После ухода Рошана я устраиваюсь поудобнее на стуле с одной стороны комнаты, с опаской поглядывая на грубо отесанный каменный потолок. Пока что мы здесь в достаточной безопасности, но я не могу избавиться от чувства, что мы балансируем на опасно тонкой грани между выживанием и глупостью. Мне нужно вернуться домой, чтобы убедиться, что моя семья в безопасности. И правда в том, что я просто хочу, чтобы все это закончилось.
Хотя я даже не знаю, что это значит.
Будет ли война? Сбудется ли пророчество? Выживем ли мы в том, что грядет? Все не может вернуться к тому, как было, но что, если единственное, что ждет нас впереди — это смерть?
Паника пронзает мой позвоночник. Полная неспособность контролировать хоть что-то заставляет меня чувствовать себя потерянной, словно я дрейфую в бескрайнем море по воле судьбы.
Дыши, Сурайя.
Я смотрю на Арана, гадая, не может ли он дать мне более конкретные ответы — по крайней мере, точку опоры, чтобы не чувствовать себя такой беспомощной. — Ты сказал, что хочешь доставить меня в храм в Элони. Зачем?
Он долго смотрит на меня, затем переводит взгляд на узкий туннель, куда исчез Рошан.
— За помощью, возможно. За защитой тоже. Дом Фомальгаут верит, что у Хранителя Звезд очень особая магия, которую можно использовать и исказить. Если сила, которой ты обладаешь, действительно оружие такого масштаба, тебя необходимо оберегать любой ценой.
Пророчество старухи шепчет в моем мозгу.
— От богов-близнецов.
— Не от обоих, только от одного, — отвечает Аран. — У близнецов равное, но противоположное владычество в мирах света и тьмы. Феро — тот, кого тебе стоит опасаться. — Мое сердце содрогается от звука этого имени. — В то время как Сару считался создателем, его брат, Феро, был разрушителем. Весь мир был их игровой площадкой, где они соревновались за души смертных.
— А Королевские Звезды?
— Четыре Королевские Звезды были инструментами близнецов, предназначенными направлять всю жизнь. Венант — хранитель северного неба и ярчайшая звезда во тьме. Его магия — преобразующая, энергия души, и он — призыватель Хранителя Звезд — руки богов, созданной ими четырьмя. Ты, в данном случае.
Гримасничая, я не сообщаю Арану, что хранительница самой северной Королевской Звезды явилась мне как женщина по имени Вена.
— Ты действительно думаешь, что я это мистическое оружие звезд?
— Я не думаю, Сурайя, я знаю. Ты есть оружие, которое не является ни добрым, ни злым, а слиянием того и другого. Акаша течет в твоих жилах. Пока ты не станешь хозяином своей магии, ты должна служить ей. И как ее слуга, ты связана волей своих создателей... Королевских Звезд.
Я дрожу, обхватывая себя руками. Я не хочу быть связанной ничьей волей, кроме своей собственной.
— Так что ты говоришь? Что у меня нет выбора?
— У тебя всегда есть выбор.