— Сура... я люблю тебя.
Я почти не слышу этого мучительно тихого шепота, но мне не нужно его слышать. Мне не нужно больше его лжи.
— Нет, Командующий. Любимым не лгут.
С этими словами я выпрыгиваю из повозки.
Глава 28
Выпрыгивать из движущейся повозки — не самое мое умное решение.
Усыпанная гравием земля была жесткой — острые камни прорезали мое нежное свадебное платье, которое совсем не смягчало удары. Не было света, чтобы указать мне путь, когда я с глухим стуком остановилась, мои локти и колени были разбиты безжалостной землей.
Но я почти ничего не чувствую, когда, шатаясь, поднимаюсь на ноги и бегу в противоположном направлении. Я не чувствую влажную теплую кровь, пропитывающую шелк, или жжение ссадин, раздирающих мою открытую кожу, или успокаивающий жар моей магии, которая начинает исцелять меня. Я не чувствую ничего, кроме клинка предательства, застрявшего в моей спине. Я доверяла ему.
Ты тоже влюбилась в него.
Это признание ранит сильнее, чем камни. Стоная, я смотрю в пустоту. Затмение кровавой луны больше не видно из этой части дворца, но части разоренного неба охвачены огнем и тенью. Хаос и ярость. Морварид была права. Оказывается, я ни хрена не знаю о любви.
Я люблю тебя.
Я выскребаю этот мучительный шепот из своего мозга.
Это все гребанная ложь. Я думала, Рошан хотел помочь мне, но все, чего он хотел, — держать мою магию при себе и подальше от лап своего врага. Я была для него ценной пешкой — фигурой, которой можно играть по своему усмотрению. Я чувствую, как в животе начинает закипать буря. Рошан когда-то сказал, что мои звездные дары связаны с моими эмоциями, и теперь, когда существо внутри кричит от ярости и агонии, я чувствую, как рассыпаюсь от его боли.
Все, чего я хочу — реветь и карать.
Джавед. Скавы. Маги смерти Морварид. Любой из них подойдет.
Магия пропитывает мой центр, наводняя меня, как лесной пожар, и уничтожая все, что похоже на разум, на своем пути. Время позволить моему мстительному зверю лететь. Но сначала мне нужно сжечь башню.
Я пробираюсь сквозь мрак внешних дворцовых стен, пока не оказываюсь у арки. Я смотрю вверх на зубчатые башенки. На них развеваются флаги разных цветов в зависимости от местоположения. Толкая ладони вверх, я направляю луч звездного света к куполу, покоящемуся на вершине шпиля. Флаги хлещут на ветру. Изумрудный. Я на южной стороне дворца, не так далеко от рухнувшей башни и лабиринта, ведущего к главному двору.
Хорошо.
Внешний квартал дворца пустынен, если не считать нескольких испуганных лиц, выглядывающих из темных углов помещений для прислуги. Я проскальзываю мимо конюшен и затем возвращаюсь, чтобы войти внутрь. Мне нужна другая одежда. Это объемное свадебное одеяние больше мешает, чем помогает. Но конюшня не пуста. Разномастная группа слуг и грумов сбилась в передних стойлах. Один из них размахивает граблями, в то время как лошади в соседних стойлах беспокойно ржут.
— Я не причиню вам вреда, — мягко говорю я. — Мне нужна одежда.
Они смотрят на меня огромными глазами. Я уверена, что должна выглядеть живописно в своем наполовину разорванном, грязном свадебном платье. Я сбрасываю тяжелый вышитый жакет с плеч и кладу его на землю. Для них это целое состояние. Одни только жемчужины принесли бы огромную сумму.
— Честный обмен, — говорю я, наблюдая, как они совещаются между собой. Полная женщина кивает мужчине с граблями. Он указывает на оружейную комнату слева от меня, и облегчение наполняет меня. Я не хочу причинять вред невинным. Сгорят только виновные.
Внутри комнаты я нахожу несколько пар свободных брюк, висящих на колышке, вместе со сложенными рубашками и туниками. Они пахнут чисто, но все по крайней мере на три размера больше. Но что угодно лучше, чем эти бесполезные куски шелка. Я снимаю одну из рубашек с полки, и затем мой взгляд падает на полированную кожаную одежду для верховой езды, висящую рядом. Она похожа на тот ансамбль, который носила королева, когда мы впервые встретились на главном дворе, после того как вуаль Лале решила совершить побег.
Забавно, что кусок ткани, сделанный моей лучшей подругой, обладал правильными инстинктами. Мне тоже следовало бежать. Может, она была бы еще жива.
Мои мысли обращаются к ухмыляющемуся садовнику со двора, который помешал ее побегу. В каком-то смысле он тогда тоже поймал меня.
И он лгал. Принц лжи.
Он ничто для тебя.
С мрачной решимостью я стягиваю остатки свадебного платья и натягиваю леггинсы и мягкую серую тунику. Я завязываю ее сзади, чтобы сидела плотнее, а затем натягиваю кожаную амуницию королевы. Морварид явно намного худее меня, потому что мне кажется, будто жесткий корсет перекрывает все дыхательные пути. Я ослабляю боковые пряжки и делаю долгожданный вдох. С этой поправкой я могу дышать, и это защитит меня от стрелы в грудь, так что цель оправдает средства.
Я застегиваю наручи и, наконец, бронированные наголенники. Я роюсь в нижних полках оружейной, чтобы найти пару прочных сапог, которые подходят. Наконец, я засовываю нож за пояс. Это не мой кинжал, но сойдет.
Вспышка света ловит край моего зрения, и я разворачиваюсь, готовая к бою, но это всего лишь моя любимая старуха, сидящая в углу.