Выберите цвет: читать начало книги онлайн

– Только этого не хватало.

Она поржала над моими ответами и сказала:

– В нашем деле лучше сразу привыкай слушать про детей, интрижки, любовь, мужей, свадьбы. И делай заинтересованное лицо, когда об этом заходит речь.

– Зачем?

– Они приходят потрепаться. Так, как больше нигде не могут. И возвращаются уж точно не ради ногтей.

– Как ты это выдерживаешь?

– Думаешь, это все херня? Ниже твоего достоинства? Да? Ах ты ж моя говнючка, – ласково отругала меня Рейчел. – Выслушивать все это дерьмо – наша сила.

– Тебя не бесит, что всякий может зайти сюда с улицы и потребовать от нас хер пойми чего?

– Тут как на любой другой работе. Ты сама решаешь, кем для них быть.

Делаю то, что привыкла делать в это время. Звоню Май. Обсуждаем, кто сегодня записан. Ей важно знать такие вещи заранее, чтобы быть наготове. Она даже не здоровается, ничего такого. Берет трубку и сразу выдает:

– Что там у нас? Кого записала на сегодня?

Говорю, что наш бейсболист – ходит к нам тут один питчер – забронировал свое обычное время.

– Кто еще? Ну, не томи!

Говорю ей – никого, только питчер. Один клиент на первый час.

– Не надо делать ему только руки. Почему мы вечно делаем ему только руки? Давай и ноги тоже. Брови выщипаем. Побреем. И запишем его на следующий раз.

Киваю – и тут же вспоминаю, что она меня не видит.

– Ты меня слушаешь? Справишься?

– Да. Справлюсь.

Кажется, я знаю Май целую вечность. Так было всегда. Мы разговариваем. Она что-то рявкает, я принимаю к сведению. Чем-то она напоминает мне Мёрча. Когда я впервые пришла к нему в зал, я была мелкая – он даже прозвал меня «кроха». У него имелись свои любимчики – его парни, его чемпионы.

Только вот никто из них ничего собой не представлял. Им всю жизнь твердили, какие они крутые. Матери, сестры, родственницы, подружки. В их углу ринга всегда была та, кто это говорил. А стоило замолчать одной – тут же находилась другая.

У меня такого не было.

Мёрч твердил: залезай на ринг и пробуй еще раз, это и делает чемпиона чемпионом. «Я их нюхом чую», – говорил он тогда.

Но теперь у него новая «кроха». Он выкладывает видосики с ней в соцсетях. Лицо мелькает всего пять секунд. Зачем я вообще лезу это смотреть – сама не знаю. Мы уже несколько лет не разговаривали. Как-то тяжело наблюдать, как все это разворачивается в реальном времени. Новенькая, свеженькая, блестящая. Что бы она ни сделала – хоть перчатку надела, – уже готов видосик. Когда я была его «крохой», об этом мало кто знал. Все, что я делала, я делала на ринге.

– Кто еще? – спрашивает Май. – Питчер приведет друга?

– Пока не придут – не узнаем, но он не записан.

– Увидим – запишем.

Я пялюсь в экран и быстро пробегаю глазами список клиентов. Бейсболист, официантка, невеста, у которой будет девичник, – здесь понадобится лишняя девочка – Марла, Джанет (тьфу) и новенькая, Ванесса.

– Думаешь, кто-нибудь заглянет с улицы? – Я слышу, как она улыбается, хоть и не вижу ее лица.

– Всегда кто-нибудь да заглядывает.

– Запускай их и выпускай. Зашел – вышел. Двадцать минут на человека, не больше.