— Полагаю, принято делать предложение леди, прежде чем называть её своей невестой. Убери, блять, пистолет.
Он стискивает зубы, когда его люди подходят сзади, чтобы встать по бокам. Я смотрю налево и направо, впервые понимая, что только трое из них — обычные головорезы. Четвёртый — гораздо более узнаваемое лицо: Арес, младший брат Атласа.
Чудесно. Социопат и бог войны, оба готовы перерезать мне горло посреди моего вестибюля.
— Почему бы нам не присесть и не обсудить эти враждебные действия? — шиплю я сквозь стиснутые зубы.
Атлас качает головой.
— Это не обсуждение, и никаких грёбаных переговоров не будет, — горячо выплёвывает он. — Ты держишь Розу Килдэр в грёбаной темнице.
— Я предпочитаю считать, что у меня гостья в доме.
Гнев омрачает его лицо.
— Ты держишь то, что принадлежит мне, запертым, притворяясь, что она твоя.
Сначала я думаю, что меня раздражает только его тон. И на мгновение я хочу сказать, что это наглый, нахальный способ, которым он разговаривает со мной в моём собственном доме, пробуждает зверя и тьму, готовых вырваться наружу и снова взбеситься.
Но дело не в этом. Совсем нет.
— Она моя, Принц! Моя для брака, моя для постели и моя, чтобы трахать её как хорошую маленькую шлю...
Я не понимаю, что двигаюсь, пока он снова не прижат к стене, мои руки сжимают его горло.
Я ничего не слышу, кроме рева, похожего на огонь, в ушах. Я ничего не чувствую, кроме жжения в венах. И я не вижу ничего, кроме настоящего страха на обычно невозмутимом, хмуром лице Атласа.
А затем чёрно-красный туман полностью затягивает меня под воду.
— Сэр! СЭР!
Я моргаю, кровавая жажда исчезает, и внезапно я понимаю, что около шести пар рук пытаются оттащить меня от Атласа.
Я также чувствую холодный металл пистолета у виска.
Ярость рассеивается, как рушащаяся стена. Мои глаза мечутся в сторону, где я вижу испуганного Вентворта и Люсиль, кричащую моё имя.
Я моргаю. Мои руки отпускают горло Атласа, даже позволяя ему оттолкнуть меня, когда он хрипит.
— Довольно, — резко говорит Люсиль.
Я снова моргаю, понимая, что она обращается к Аресу, который, кажется, держит пистолет у моего виска.
— Мистер Дракос, — снова говорит Люсиль, голос напряжён. — Я сказала, довольно.
Пистолет медленно убирается от моего виска. Передо мной Атлас кашляет и задыхается, яростно ругаясь, затем поднимает на меня налитые кровью глаза.
— Значит, это правда? — хрипит он, сверля меня смертельным взглядом.
— Что правда?
— Что ты полностью озверел? Что ты превратился в грёбаного монстра?
Моя челюсть сжимается, глаз дёргается.
Атлас усмехается мне.
— Да... Когда Золотой мальчик падает с небес, слухи расходятся.