Микробиолог 2. Спасти Ленинград: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Нет, ничего подозрительного в самом выступлении не было, ни пораженчества, ни паники, ни намёков на саботаж, совсем наоборот — слишком разумно, без громких слов, без попыток понравиться начальству, угадать, что оно хотело бы услышать.

Но и… без обычного комсомольского пафоса, без ссылок на решения партии, без упоминаний товарища Сталина.

«Странный ты парень, Шереметьев…» — подумал Клим. — «Очень странный».

Конечно, проще всего было бы списать все странности на войну. Она вообще быстро меняла людей — кто-то ломался, а кто-то, наоборот, вдруг обнаруживал в себе способности, о которых сам раньше не подозревал.

Может, и здесь было именно так. Возможно…

Но Клим Андреевич Петельников никогда не строил выводов на слове «возможно». Надлежало сперва проверить, а потом — решать, чётко и в соответствии с действующими правилами.

Клим выдвинул нижний ящик стола, достал картотеку сотрудников ВНИИГС. Ничего необычного в ней не было: плотные картонные карточки с краткими сведениями, достаточными, чтобы не поднимать всякий раз личное дело из архива.

«Шереметьев» — карточка легла на стол.

Петельников пробежал её глазами почти машинально.

Шереметьев Александр Сергеевич.

Год рождения, место, социальное происхождение — из рабочих, отец — на заводе «Большевик», мать домохозяйка, сестра школьница двенадцати лет.

Окончил химический техникум, комсомолец, состоит на воинском учёте, но его возраст призыву пока не подлежит.

Судимости отсутствуют, родственников за границей нет, избирательных прав никто из семьи не лишался, по данным проверок компрометирующих материалов не имеется.

Он некоторое время смотрел на аккуратные строчки — нет, здесь всё было именно так, как он и помнил.

Обычная биография молодого советского человека, без белых офицеров в родне, без бывших фабрикантов, дворян, попов или раскулаченных родственников.

Без троцкистов, зиновьевцев, эсеров и прочих подобного рода личностей.

Биография была хирургически чистая. Чистая настолько, что одно это вызывало подозрения. Именно такого человека и стоило забрасывать врагам, внедрять и прочее.

«Чепуха», — подумал Клим. — «Парень за границей никогда не было, школу закончил и в техникум сразу. И там тоже — тише воды, ниже травы…»

Так себя вели люди, у которых было, что скрывать.

У Шереметьева скрывать было совершенно нечего.

Нет, искать следовало не в прошлом, а в последних неделях.

Клим раскрыл блокнот. Когда он впервые обратил внимание на этого парня?.. Да, правильно, на митинге 23 июня. И в тот же день ему доложили насчёт автоклавов.

На чистом листе Клим вывел дату, написал фамилию Шереметьева и принялся скрупулёзно записывать всё, что происходило с этим человеком.

Выходило очень много, иному на год хватит. И автоклавы, и дрожжи, и работа со штаммом, и опытная установка, и…

Петельников поморщился, крупно перечеркнул написанное крест-накрест.

Нет, это всё последствия.

Что послужило причиной? И впрямь война?

Да, кто-то и впрямь изменился, Клим знал таких людей. Но не настолько же радикально!..

Тут же изменилась даже манера говорить.

Манера говорить…