Мы кружили друг напротив друга, словно волки, пока я не бросил взгляд в сторону.
Он тоже посмотрел, пытаясь понять, что привлекло моё внимание.
Идиот.
Я рванул вперёд и с приятным хрустом всадил кинжал ему в грудь.
Громила схватился за грудную клетку и рухнул на пол.
Вокруг меня раздавались хриплые стоны и рычание.
Коста не ошибся, назвав Марселиуса дикарём.
Брат дрался с расчётливой жестокостью, которой его научили коренные американцы и которую он отточил, когда его самого бросили на арену Колизея в качестве гладиатора.
Трое мужчин, включая того, кого повалил я, лежали распростёртыми на полу — мёртвые или умирающие.
Место громилы занял другой мужчина — жилистый, тощий как скелет, с покрытым шрамами лицом.
И наш смертельный танец по кругу начался снова.
Шрамолицый, судя по всему, был лёгок на ногах и способен двигаться с молниеносной скоростью. В руке он тоже держал кинжал.
Мы бросились друг на друга, обменялись ударами клинков и отступили.
Мой нож полоснул его по лицу, задев челюсть и оставив тонкую кровавую полосу. В ответ его клинок яростно метнулся вперёд и вспорол мне плечо, словно масло. Из нас обоих хлынула кровь, смешиваясь в багровой луже у наших ног.
Её запах лишь подстегнул меня. Я поднял руку и лизнул рану, размазав кровь по губам. Затем оскалил зубы и повернулся к своему жилистому противнику.
В памяти всплыло, как я орудовал сикой — коротким изогнутым клинком, которым сражался на арене Колизея с бесчисленными противниками. Помимо людей, против нас нередко выпускали львов и тигров.
Шрамолицому никогда не сравниться с тем, через что прошёл я.
Но тут из тени выскользнул ещё один головорез Косты, вооружённый мечом.
Где же рете — утяжелённая сеть, — когда она так нужна? Я мог бы набросить её на парня справа и разделаться с костлявым ублюдком передо мной.
Они переглянулись и одновременно ринулись на меня.
Я крутанулся, уходя с линии атаки, и мои ножи мелькнули размытыми полосами.
Я успел полоснуть парня справа по шее, прежде чем он пронзил меня мечом.
Из раны брызнула кровь.
Он взревел и сбил меня с ног.
Я рухнул на спину и застонал от удара.
Истекающий кровью мужчина прижал лезвие меча к моему горлу.
Я зацепил ногой одну из его ног и перекатил его. В процессе клинок рассёк мне шею.
Насколько серьёзна рана? Скоро узнаю — либо умру, либо одержу победу.
Сбоку орали Коста и Бальтазар.
— Давай, Лукас! Вперёд, Марко! Уничтожьте его! Валите его! Вас двое против одного! — кричал Коста.