— Наверное, — безучастно ответила я. В конце концов, Бальтазар был демоном, а чудовища коварны и способны творить вещи, не поддающиеся никакой логике.
Я пересекла комнату, подошла к шкафу и достала солнечный кинжал, который оставила на самом дне. Повернувшись к Малику с оружием в руке, я подняла его, чтобы он мог рассмотреть.
— Тебе не кажется, что этот кинжал какой-то тусклый и безжизненный? Я просто не могу представить, что этот клинок настолько могущественен, что способен уничтожить всю тьму. Он выглядит совершенно бессильным.
Малик отмахнулся.
— Не волнуйся, Оливия. Всё пойдёт по плану. Просто хорошенько выспись.
Я слабо улыбнулась ему и положила кинжал обратно в шкаф. Повернувшись, я прислонилась спиной к его твёрдой резной деревянной дверце.
— Сегодня будет трудно уснуть. Я и без того вся на нервах. А путешествие с беременной женщиной и пятилетним ребёнком сделает дорогу ещё тяжелее.
— Расслабься, — сказал Малик с улыбкой. — Мы с Марселиусом и Романом серьёзно относимся к своим обязанностям защитников. Тебе не о чем беспокоиться.
Он развернулся на пятках и вышел, оставив меня наедине с бурлящей тревогой.
Я подошла к туалетному столику из тёмного дерева, села и снова принялась расчёсывать волосы.
В комнату вошёл Роман. Его пылающий взгляд встретился с моим в зеркале, а затем смягчился.
— Что случилось?
— Всё, — ответила я. — Я чувствую себя полной идиоткой из-за того, что потеряла кинжал. Какой путешественник во времени вообще умудряется потерять свой кинжал? Это же самое ценное, что у меня есть. Без него я не могу перемещаться из одного места и времени в другое. Ты выбил его у меня из руки, а я так растерялась, что напрочь о нём забыла?
Роман стянул сапоги и начал раздеваться.
— Мы справлялись и с худшим, Оливия. Не переживай. Мы его вернём.
Я продолжила расчёсывать волосы и сердито дёрнула щёткой за спутанный узел.
— Наверное. Но я всё равно чувствую себя идиоткой.
Роман снял очередной слой одежды.
— И что же так тебя отвлекло, что ты забыла о своём кинжале?
Я услышала дразнящие нотки в его голосе.
— Ты, — угрюмо ответила я. — Ты выбил меня из колеи. Я увидела тебя впервые за целую вечность и забыла обо всём на свете.
— Именно об этом я и говорю. Тебе нужна передышка. Нужно хоть ненадолго забыть обо всём мире.
Он шагнул в поле моего зрения совершенно обнажённым.
Я резко втянула воздух, ошеломлённая видом его мощного тела и толстого, твёрдого члена, покачивающегося между ног.
Его глаза потемнели, веки отяжелели от желания, когда он медленно направился ко мне, не отрывая взгляда от моего отражения в зеркале.
Я облизнула губы, пока между ног разливалась влажный жар. Все мысли мгновенно вылетели из головы. Господи. Я положила серебряную щётку и упёрлась ладонями в поверхность туалетного столика.
Мышцы Романа переливались в зеркале с позолоченной подложкой. Встав позади меня, он начал сильными движениями разминать мои плечи. Его морской синий взгляд проникал мне прямо в душу с неослабевающей напряжённостью.
Я откинула голову ему на твёрдые кубики пресса.
— Как же хорошо.
— Я хочу тебя, Оливия. Я хочу тебя постоянно. Каждую секунду, пока не сплю, я мечтаю погрузить в тебя свой член и заниматься с тобой любовью, — произнёс он низким, хриплым голосом. — Когда мы были в разлуке, я думал о тебе без конца. И даже теперь, когда ты снова рядом, это не прекратилось. Ты сводишь меня с ума.