Роман щёлкнул пальцами.
— Да! Я помню тот момент так ясно, словно это было вчера.
Я кивнул.
— Мы вернулись домой, и я заметил два кинжала, висевших над изголовьем кровати в вашей спальне. Я спросил, Рождённые ли вы временем. Вы оба ответили, что родились с этими клинками, но ничего о них не знаете. Жители деревни, узнав о кинжалах, решили, что это вмешательство Христа и вам суждено быть вместе, поэтому вас поженили.
Я шумно выдохнул.
— Я принёс беду в ваши жизни, потому что знал, что означают эти кинжалы. До моего появления всё было нормально. Я рассказал вам свою историю, объяснил, что вы способны путешествовать во времени, и сообщил, что мне нужна ваша помощь, чтобы победить Бальтазара. Сначала вы мне не поверили. Но потом поговорили друг с другом и решили дать мне шанс. Вы согласились помочь мне победить его. Вы приняли эту миссию с гордостью и честью.
— Мы покинули дом, — произнёс Роман, — взяли детей и отправились искать кинжалы солнца и луны.
— Да, мы путешествовали по окрестным землям в поисках клинков. Мы стали семьёй. Ваши дети любили меня, а я любил их. Впервые в жизни я чувствовал себя по-настоящему счастливым. Но путешествовать с тремя маленькими детьми становилось всё тяжелее. Ты сказал, что сам отправишься на поиски кинжала луны, Роман, а я должен остаться дома и заботиться об Изабель и детях.
Я замолчал.
Я не мог заставить себя продолжить.
Роман нарушил повисшее молчание.
— Ты рассказываешь нам о цикле реинкарнации, о наших прошлых жизнях и о том, что когда-то мы с Оливией жили другой жизнью вместе с тобой. Ты живёшь вечно, а остальные из нас рождаются снова и снова?
— И да и нет, — ответил я. — Тьма стареет чрезвычайно медленно, но всё же стареет. Просто на это требуется очень много времени.
— А если я помнил некоторые фрагменты нашего прошлого, почему Оливия, похоже, ничего не помнила? — спросил он.
— Не могу ответить. Возможно, Оливия просто сопротивляется этим воспоминаниям.
— А что случится, если мы окажемся в том времени и месте, где всё ещё существует одно из наших прошлых воплощений? — Роман содрогнулся, словно одна мысль об этом внушала ему ужас.
— Не могу ответить. Насколько мне известно, такого никогда не происходило. Похоже, кинжал обладает собственной мудростью.
Нужно было рассказать ещё так много — гораздо больше, чем просто объяснить, как и почему работают путешествия во времени и реинкарнация. Я почувствовал, как голос начинает подводить меня. Я разрывался между желанием оставить свои мысли при себе и необходимостью наконец высказать то, что тяготило меня последние несколько дней. Я отчаянно хотел обо всём забыть, но какая-то часть меня понимала: правда должна прозвучать, даже если она разрывает меня на части.
— Что ты нам недоговариваешь, Малик? Выкладывай, — потребовала Оливия, плотно сжав губы.
Я посмотрел прямо на неё.
— Когда Арманд уехал… тогда-то я и стал одержим тобой. И в итоге из-за меня вы с Армандом погибли.
МАЛИК
ГЛАВА 25
Выражение гнева на лице Оливии раздавило бы любого, кто был слабее меня. Несмотря на всю мою силу и могущество, несмотря на прожитые века, я словно окаменел.
Я потёр челюсть, размышляя, сколько ещё стоит рассказать.
— Продолжай, Малик, — произнесла она с такой решимостью, что черты её лица заострились. — И не смей упускать ни одной детали.
Я едва не улыбнулся. Едва. Разумеется, Оливия скажет именно это. Нравилось мне это или нет, связь между нами всегда была сильной. Я больше не мог оставлять её в неведении.
Я встретился с ней взглядом, прекрасно ощущая на себе собственнический взгляд Романа.
— Всё началось с того, что я стал одержим тобой, Изабель.