— В тайной комнате, — ответил он тихо.
Всего два слова. Я ждала их столько дней, а теперь никак не могла понять, что должна почувствовать.
Радость? Облегчение? Злорадство?
Мне хотелось когда-то взять Ассера за руку, привести туда и сказать: «Вот. Видишь? Я не сумасшедшая. Я не лгала. Я не сбегала».
Теперь он пришёл сам. Только руки у меня почему-то стали холодными.
— В какой комнате? — переспросила я, хотя прекрасно поняла.
Наверное, мне действительно нужно было заставить его произнести.
Не меня. Его.
Глава 103
Глава 103
Ассер поднял глаза.
— В той самой, о которой ты рассказывала.
Я сглотнула.
— Без окон?
Он медленно кивнул и подтвердил глухим голосом:
— Без окон.
Я почувствовала, как внутри начинает подниматься что-то горячее и тяжёлое.
— И без двери? — продолжила я, не отводя от него взгляда.
На скулах Ассера заходили желваки. Он понял, что я делаю, но не попытался остановить.
— Вход был заложен камнем, — произнёс он, тщательно выговаривая каждое слово. — Снаружи оранжереи мы нашли лестницу. За ней ещё одну кладку. Там была серебряная защита, поэтому я не почувствовал помещение во время первого обыска. Мы искали в оранжерее. А она была за её пределами.
Я слушала.
Усталое лицо Ассера превратилось в окончательный приговор моей истории. Оказывается, комната существовала. И он теперь в этом убедился.
— Значит, я всё-таки не придумала её, чтобы объяснить неудачный побег с любовником? — спросила я и почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке.
Не весёлой. Улыбаться мне вообще не хотелось. Ассер вздрогнул так, будто я ударила.
— Нет, — ответил он после короткой паузы. Голос стал ещё ниже. — Не придумала.
Я кивнула, медленно проводя пальцами по краю сиденья.
— И Восс не бросил меня в лесу после того, как мы поссорились из-за украденных драгоценностей?
Теперь Ассер отвёл взгляд первым.
Вены на его руках выступили сильнее, пальцы сомкнулись вокруг серьги, но почти сразу он заставил себя расслабить кулак, словно испугался сломать единственную вещь, найденную в камере.
— Ты не уходила с Воссом, — произнёс он так тихо, что мне пришлось вслушиваться. — Теперь я это знаю.