— Вы серьезно? — спрашиваю я, даже не пытаясь скрыть изумление, когда машина Григория плавно останавливается у входа в ресторан с высокими стеклянными дверями и тяжелыми латунными ручками.
Он глушит двигатель, и чуть приподнимает бровь.
— А похоже, что я шучу?
— Немного, — признаюсь я. — Это место… слишком роскошное для обычного обеда.
— А кто сказал, что обед должен быть обычным?
Он выходит первым, обходит машину, открывает мне дверь. Внутри ресторан оказывается еще красивее, чем снаружи: мягкий свет, глубокие бордовые оттенки в интерьере, тихая музыка, белые скатерти, на которых даже страшно неловко поставить локоть. На секунду мне кажется, что я здесь совершенно не к месту.
Наверное, он это замечает, потому что, когда мы идем к столику, наклоняется ко мне и тихо говорит:
— Не волнуйтесь. Вы можете заказать здесь все, что пожелаете.
Я смотрю на него с подозрением.
— Все?
— В разумных пределах, Антонина Александровна.
— Жаль. Я уже собиралась потребовать корону и отдельный оркестр.
В его глазах появляется улыбка.
— Если захотите, обсудим в следующий раз.
От его слов у меня почему-то начинается тахикардия.
Мы садимся у окна. Официант подает меню, и я почти сразу теряюсь. Названия блюд звучат так, будто их придумывали люди, искренне не доверяющие простым словам.
— Только не говорите, что хотите, чтобы я выбрала сама, — бормочу я, листая страницу.
— Почему же? Именно этого я и хочу, — спокойно отвечает Григорий. — Заказывайте все, что захотите.
Я поднимаю на него глаза.
— Все?
— Все.
— Это опасное предложение.
— Я взрослый человек. Осознаю риски.
Я смеюсь, потом качаю головой. Боже, я что флиртую⁈ Сто лет не флиртовала, а тут оно само из меня вырывается…
— Нет, правда. Это же дорогое место.
— И что?
— И то, что мне будет неловко.
Он откладывает меню и смотрит на меня так, что я сразу перестаю притворяться беспечной.
— Антонина, — говорит он мягко, — сегодня вы ничего не должны считать и экономить на себе. Вы выбираете то, что хотите. А плачу я.
— Потому что вы мой начальник?