А потом мы лежим. Я смотрю ему в глаза.
Они тёмные.
Усталые.
И счастливые.
Гаспар целует меня так, будто до сих пор не верит, что я рядом.
Я касаюсь его лица ладонями.
Провожу пальцами по влажным после душа волосам.
И сердце сжимается от любви.
Господи.
Как же сильно я его люблю.
Когда это произошло?
Когда он увёз меня из дома Сола?
Когда закрыл собой во время выстрела?
Когда я сидела возле его постели и слушала дыхание?
Не знаю.
Но это уже и не важно.
Знаю только, что теперь без него уже не представляю своей жизни.
Он гладит меня с благоговением, словно я — его сокровище, драгоценность.
— Я не сделал тебе больно? — шепчет тихо, замерев надо мной.
— Нет, всё в порядке, — улыбаюсь и целую его пальцы, застывшие на моём лице.
— Николь, — выдыхает он с жаром и снова приникает к губам.
Мы пьём друг друга жадно.
А дальше…
Всё повторяется снова.
Я прижимаю его к себе, чувствую его напряжённые мускулы.
Какой же он сильный.
Надёжный.
Мой.
Эта мысль до сих пор кажется невозможной.
Близится рассвет.