Анфиса Петровна покатывается со смеху:
— Гришка-то как обрадуется, если его кабинет помидорной ботвой провоняешь!
Я собираю охапку зелёных стеблей в ведро, но внезапно меня осеняет:
— Хотя… если меня будет тошнить на рабочем месте, это ему понравится еще меньше. Может, и правда взять с собой?
— Бери, бери, — машет рукой хозяйка. — Гришка, он хороший. Поймет тебя.
Григорий, как всегда, слишком пунктуален. Но сегодня в руках у него не только ключи от машины, а ещё и… бумажный пакет.
— На, — бросает он его мне на колени, когда я сажусь.
Внутри лежит плоская коробочка. Открываю ее и нахожу внутри мятные леденцы.
— Это… чтобы не тошнило в дороге? — осторожно спрашиваю.
— Анфиса сказала, помогает, — бурчит он, не глядя в мою сторону.
— Спасибо, — улыбаюсь я и тут же добавляю: — Непривычно, что начальник так заботится о состоянии сотрудников.
— Ну и что? — резко поворачивает он голову. — Это мне теперь каждый раз оправдываться, если что-то принесу?
Я закусываю губу, чтобы не рассмеяться, и впервые замечаю, как он, нахмурившись, прячет смущение.
Лидия Семеновна, та самая секретарша, которой Григорий ищет замену, встречает меня с распростертыми объятиями:
— Ну наконец-то! А то я одна тут, как сыч, бумажки перебираю.
Григорий, стоящий за моей спиной, хмурится:
— Лидия Семеновна, вы мне до сих пор не распечатали договор!
— Бегу, бегу! — старушка хватает очки и исчезает.
Оставшись наедине, мы молча разглядываем архивные шкафы.
— Так, — Григорий тычет пальцем в папки, — за прошлый год всё разобрано, а вот за пятилетку…
— Ад в переплёте, — заканчиваю я, с ужасом осматривая масштаб работы.
— Точно, — он неожиданно усмехается. — Уверен, ты справишься.
Вдруг в коридоре раздаётся громкий голос:
— Григорий Иванович! Срочно во второй цех!
— Иду, — бросает он на ходу. — Ты… — оборачивается ко мне. — Если станет плохо, сразу зови.
— Да я же не… — хочу возразить, что это ни к чему, но он не дает мне закончить.
— Я знаю, что ты беременна, а не больна, — перебивает он. — Но это не значит, что надо геройствовать.
И уходит, оставив меня с глупой улыбкой.
Гриша внезапно начинает открываться для меня с неожиданной стороны. То, как он вел себя после нашего знакомства, даже не позволило бы заподозрить в нем такого внимательного мужчину. Но в то же время вся эта ситуация смущает меня. Потому что теперь он мой начальник, а я привыкла сама проявлять внимание к своему работодателю, а не наоборот. Поэтому надо взять себя в руки и не показывать слабости.
Первую половину дня Лидия Семеновна помогает мне освоиться с делами на заводе. Поясняет, чья корреспонденция рассматривается в первую очередь, объясняет, кто есть кто. И мне с ней комфортно.