Вот он, мой муж, отец моих детей, мой большой начальник, спаситель и любовь всей моей жизни.
С первого дня жизни Ивана Гриша не просто принял моего первенца как своего — он стал для Ванечки настоящим отцом. Тот факт, что у сына другие гены, не имел ровно никакого значения. В глазах соседей, друзей, да даже для самих детей они настоящие отец и сын.
Гриша заходит в дом, смахнув снег с волос. Ему пришлось съездить на производство, проконтролировать доставку нового оборудования. С тех пор как мы поженились, завод стал еще больше, и теперь наша продукция есть в каждом уголке страны.
— Ну что, мои хулиганы, сильно не пакостили? — спрашивает он громко, и тут же к нему несутся все трое, наперебой крича и пытаясь рассказать новости.
Муж смотрит на меня поверх детских голов, и в его глазах я читаю радость от возвращения домой и безраздельное счастье. То самое, которое мы с ним построили сами. Несмотря ни на что.
— Идемте все на кухню, — командует он, беря на руки Егорку. — Будем лепить пироги! А то мама у нас без спины останется, готовить одной на такую ораву.
В этот самый момент раздается стук в дверь, и та практически сразу распахивается. На пороге стоит Анфиса Петровна с только что испеченным сладким пирогом.
— Что-то у вас тихо сегодня! Похоже, каши мало ели, чтобы шуметь? — трубит она, и дети с визгом бросаются к ней. Егор тоже слезает с рук отца, а Гриша, воспользовавшись случаем, утягивает меня к своему кабинету.
— Что ты задумал? — у меня перехватывает дыхание, когда муж обнимает меня за талию и притягивает к себе.
— Знаешь, чего мне не хватало весь день? — нависает он надо мной, блуждая взглядом по лицу.
— И чего же? — пульс учащается.
— Твоих сладких поцелуев, — наклоняется и впивается в мои губы своими.
Тело мгновенно вспыхивает, отзываясь на его ласки, что становятся смелее.
Как вдруг раздается крик:
— Мам, а мы пироги печь будем? — спрашивает дочка.
Тогда мы отрываемся с Гришей друг от друга, тихо посмеиваясь.
— Иду! — кричу я, утыкаясь лбом в плечо мужа, который сильнее обнимает меня.
— Вечером, родная. Наше время вечером. Это был допинг, чтобы дожить до темноты.
С рождением детей выделить время для нас двоих — это большая ценность и искусство. Но часто нам помогает Анфиса Петровна, или моя мама. Ее с папой мы тоже перевезли поближе к нам. Пусть пока они живут в городе, но для них не проблема ездить к нам в гости или забирать внуков на выходные к себе.
И мы безумно благодарны всем нашим близким, но особая благодарность — Анфисе Петровне, без которой ничего этого никогда не случилось бы.
— Ну что, — говорит соседка, когда мы возвращаемся на кухню. — Печем пироги и на ночевку к бабе Фисе? — смотрит на меня лукаво, обращаясь к детям.
— Да! — радостно кричит наша троица.
— Спасибо, — шепчу я, обнимая ее со спины и предвкушая тихий вечер с мужем.
Конец