Я закрываю лицо руками, пытаясь восстановить дыхание и погасить подступающую истерику.
Что я буду делать, если это правда и я жду ребенка от предателя?
Глава 11
Глава 11
— Ну что там? — из-за двери, словно сквозь толщу воды, доносится голос Анфисы Петровны.
А я смотрю на бегущие цифры на таймере смартфона, что отсчитывают время до момента, когда можно будет посмотреть результат.
Три минуты сорок восемь секунд. И цифры меняются, будто в замедленной съемке, заставляя все сильнее нервничать.
Две.
Одна.
Двадцать три секунды.
Сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди. Руки дрожат, когда я наклоняюсь и поднимаю тест со стиральной машины, что стоит рядом с унитазом, и из меня вырывается какой-то странный полувздох-полустон.
Две полоски.
Я беременна.
Мир вокруг меня сужается до этой маленькой пластиковой полоски, которая перечеркивает все мои планы и мечты.
Ребенок. У меня будет ребенок от Максима. От человека, который предал меня.
— Василиса? — стучит в дверь хозяйка дома.
Я отодвигаю защелку, и дверь приоткрывается, и в щель просовывается встревоженное лицо Анфисы Петровны.
— Ну как?
Я не могу говорить, как и осмыслить случившееся. Все слова застряли где-то в груди. Просто протягиваю ей тест.
— Ох, деточка… — она берет его, смотрит, и ее лицо становится мягче. — Это значит что… у тебя будет малыш, да? — смотрит на меня своими добрыми проницательными глазами.
— Я не знаю, что делать, — голос срывается, и слезы наконец вырываются наружу.
Всего за несколько дней моя жизнь перевернулась вверх тормашками. Мой прежний мир разрушен, и я сама не знаю, как жить дальше. А тут еще малыш. Ребенок, которого не ждали и не хотели. И как я должна дальше строить свою жизнь?
Анфиса Петровна подходит, обнимает меня, и я прижимаюсь к ее мягкому плечу, вдыхая запах выпечки и трав.
— Все будет хорошо, — шепчет она, поглаживая меня по волосам. — Ты не одна. Дети — это чудо!
Но я чувствую себя так, будто стою на краю пропасти. Ребенок. Один. Без отца. Без поддержки.
— Но… как рожать, когда его отец даже не знает?.. — выдыхаю я.
— А ты хочешь ему рассказать? — отстраняется она, смотря мне в глаза. — Думаешь, твоя обида важнее того, чтобы у малыша был отец?
Я молчу. Нет. Не хочу. Потому что это уже ничего не изменит. Максим выбрал Злату и их ребенка. А мой… Мой будет только моим.
— Он ясно дал понять, что сделал свой выбор в пользу другой девушки и их совместного ребенка. А я не хочу навязываться, не хочу, чтобы мой малыш был в тягость.
— Порой гордость толкает нас на глупости, — говорит она тихо. — Вот ты сейчас злишься на него и уже все решила. И знаешь, какими будут его реакции на этот счет. Но разве ты не должна как минимум дать ему возможность выбрать, участвовать в жизни вашего малыша или нет?