– Ты ее знаешь? – прошептала Соня.
Старх завел девушку за себя и кивнул.
– Это бабушка Алины. Очень уважаемая женщина, надо сказать.
– Ты всегда умел делать комплименты. – Анна Христофоровна улыбнулась. – Жаль, что…
– Оно того стоило? – перебил ее мастер.
Анна Христофоровна нахмурилась:
– Помнится, ты был повежливее.
– Помнится, вы не отличались особой кровожадностью, – парировал Старх.
– Ты видишь, что тебе за эту дерзость ничего не будет? – уточнила Анна Христофоровна. – Надо же, давно мой чай не заваривал.
Старх вздрогнул. Каждый Новый год Алина приносила ему в подарок гостинцы от бабушки: соленья, сушеные грибы и яблоки и самосборный чай. Чай на самом деле был прекрасный. После него не болела голова, хорошо спалось и меньше тревог посещало и без того беспокойного мастера. Но только сейчас он понял и срастил, что меньше стало и видений. А после они сменились просто на ощущения.
– Травки имеют накопительный эффект. – Анна Христофоровна улыбнулась. – Только чтобы они быстро не вымывались, надо этот эффект поддерживать. Давно чай не пил?
Старх замер. Последний месяц он почти не бывал дома, меньше готовил и перебивался тем, что покупал по дороге. Было много работы, много забот и еще больше тревоги. Вот она, бабушкина любовь и старые добрые соленья. Дар внутри взбунтовался от такого вмешательства. Теперь он точно знал, что мог больше. А еще – что надо уводить из этого дома Соню. Предчувствие подсказывало: если она останется – быть беде.
Соня стояла рядом тихо, незаметно. Старх увидел, что она хочет убрать рукой один амбушюр с уха, послушать, что происходит в голове у старухи. Остановил: не было уверенности, что бабка не выкинет какой-нибудь еще финт.
– Оно того стоило? – снова спросил Старх.
Анна Христофоровна тяжело вздохнула, словно учительница, когда ученик после долгого объяснения так и не понял задания.
– Убить их всех – того стоило? – Вопрос прозвучал жестче, Старх почувствовал, как напряглась Соня.
– Он здесь, – прошептала она.
Старх это тоже понял по невыносимому запаху, который закупоривал носоглотку и не давал нормально соображать.
– Каждое мое решение того стоило, – ответила Анна Христофоровна. – Потому что оно привело меня сюда. А еще скоро доставит мне крайне интересный экземпляр.
– Зачем тебе Захар? – Мастер сразу понял, о ком речь.
– Хочу посмотреть на него. – Анна Христофоровна мечтательно улыбнулась.
В погреб спрыгнул Андрей-с-приветом. Он наклонился к бабке и что-то прошептал ей на ухо. Та нахмурилась.
– Столько гостей мне не надо. – Она замахала руками. – Доехать должны двое. – Андрей что-то еще сказал. – А я знаю? Выполняй задачу! И чтоб ни один волос с ее головы не упал!
Андрей что-то проворчал, но спорить не стал и выбрался из погреба.
– Вообще, я сюда за помидорками. – Бабка прошла ближе к полкам, прогремела банками, взяла две и вернулась к ступенькам. – Лизонька, помоги маме.
Мелькнула человеческая тень, перегнулась через доски и забрала банки.
– А с ней вы что сделали? – спросил Старх, подумав, что сейчас самое время выбраться из погреба и запереть в нем бабку. С Андреем он как-нибудь разберется по ходу дела.
– Она всегда была послушной девочкой, без воли и своего мнения. Пыталась как-то волю отрастить, но я это быстро пресекла.
– Для вас даже семья ничего не значит? – не выдержала Соня. – Алину так же разменяете? На помидорки?
– Алинка сильнее. – Анна Христофоровна собралась вскарабкиваться на лестницу, но обратила внимание на движение со стороны Старха. – Милый, а ты что удумал? У тебя же ноги совсем не ходят.