— Я понимаю, но...
— Но если ты сейчас подумаешь, будто бы я тебя мог любить меньше, чем дочерей, то это будут мысли не мужчины, а мальчика. Если бы я любил тебя меньше, ты никогда бы не рос со мной. Мне было бы намного проще отправить тебя на юг. Но нет...
— Я портил жизнь Айре.
Я поджал губы, посмотрел на карточный шкаф.
— А она всё равно не отворачивалась от меня никогда.
Я понимал, что у сына наступает запоздалое раскаяние, но ничего с этим поделать не мог.
— И даже сейчас, когда она нашла меня пьяного, вместо того чтобы как-то поддержать, она только сильнее меня разозлила, заставляя что-то делать.
Я потёр переносицу.
— Мы с тобой обязательно всё это обсудим как-нибудь позже. А сейчас, позволь, я поговорю с ней.
Опершись о руки, Элайджа медленно встал и неуверенно двинулся к двери. Буквально через минуту на пороге стояла Арина с недовольным взглядом.
— Ругать будешь? — Холодно произнесла она.
Я нахмурил брови.
— С чего ты взяла?
— Ну как это? Без твоего царского внимания и вдруг какие-то дела творятся за твоей спиной!
— Знаешь, лучше такие дела, чем непроверенные эксперименты.
Арина прошла, присела на край кресла. Закинула ногу на ногу, расправив юбки.
— Как вам пришла в голову эта идея?
— Это самое элементарное, что может вообще быть в наше время. В моём мире ещё не было экзоскелетов, но мы к этому шли и развивались. У нас нет магии, но у нас есть технологии. Поэтому я просто подумала о том, что если у вас нет технологий, но есть магия, то это в принципе одно и то же. На самом деле мне нужно было только подать идею. Элайджа сам конструировал корсет, а Иоланта помогала его собрать.
Я поспешно кивнул.
— Я благодарен тебе... Я тебе действительно очень сильно благодарен.
— Твоя благодарность имеет что-то большее под этими словами или нет?
Я опешил и посмотрел на Арину немного недоумённо.
— Если ты мне благодарен настолько, что выполнишь любую мою просьбу, то я хотела бы сейчас кое-что озвучить.
— Ну, любую твою просьбу я не могу выполнить. Ты же это понимаешь? — Медленно произнёс я, ощущая, что меня пытались обвести вокруг пальца.
А ещё мне не нравился лихорадочный блеск в её глазах. Так смотрит человек, который точно уже для себя всё решил и значит, её просьба будет касаться того, что произойдёт у нас с ней дальше.
— То есть ты просто трещишь языком, вместо того чтобы держать своё слово? Если ты мне благодарен настолько, что можешь выполнить любую услугу, то уж не тормози на полпути! — Резко, достаточно твёрдо произнесла Арина и встала с кресла.
— Чего ты хочешь?
Плечи дрогнули и Арина посмотрела мне в глаза.
— Я хочу, чтобы всеми возможными и невозможными способами, но ты был рядом с детьми. Как бы тебе ни было сложно, как бы тебе ни хотелось убежать, как бы тебе ни хотелось что-то исправить, я хочу, чтобы ты был с детьми. Чтобы ты поклялся, что пока ты жив, с головы дочерей не упадёт ни один волос.
— Это само собой разумеющийся факт. — Холодно отбрил я.