Аврора нервно хмыкнула, убирая под себя ноги. Клим же пялился на ассиметрично разделённую страницу книжного форзаца.
Вверху появилось скособоченное полотно ржавой железной решётки. Он лишний раз убедился в том, что никаких анкеров в выщербленной панельной стене до аварии не было и в помине, а в зазор, возникни такая необходимость, смог бы пролезть и он сам.
Добрую треть листа занимало заднее колесо велосипеда, готовое вот-вот спрыгнуть с покоцанного бордюра, и громоздкая заплечная термосумка за спиной в футболке. Форменной, судя по тому, что служба доставки узнавалась без проблем даже на чёрно-белом рисунке. Нетрудно было сразу догадаться о жёлтом цвете одежды и короба, благодаря жирной чёрной спирали, выведенной на его лицевой стороне.
В нижнем правом углу расположился канализационный люк. Вроде бы обычный, как сотни и тысячи таких же по всему городу. Но от ракурса, с которого его нарисовала Аврора, волоски на предплечьях и затылке Клима встали дыбом. С поразительной точностью она изобразила круглую чугунку на уровне глаз упавшего человека. Люк щерился раскрошенным оскалом прямо в лицо смотрящего, и от его скорого неизбежного клацанья ломило кости.
Глава 16
– Сфоткаю, не против? – Клим уже достал из кармана телефон, но сдавил его корпус и вскинул взгляд на Аврору, чтобы получить её разрешение.
– Как хочешь, – отозвалась она. – Можешь забрать книгу, если нужно.
– Мне хватит снимков.
Клим сделал несколько кадров: общего плана страницы и в приближении каждый отдельный фрагмент. Закрыл книжку, наконец заметив, что Аврора напряжённо вжалась в подбитую под спиной подушку.
– Ты чего там скукожилась? – спросил он, но тут же сам понял, что занял довольно прилично места, лишив её возможности вытянуть ноги. – Прости, что расшеперился, как у себя дома.
Памятуя, что Рора уже не единожды шарахалась от него, как от прокажённого, стоило приблизиться к ней вплотную, Клим обругал себя, старательно выбирая не самые последние слова, чтобы исключить вероятность дополнительных штрафных очков.
Он поднялся, сгрёб оба исписанных под корень карандаша и сунул их вместе с телефоном в задний карман джинсов. Аврора как-то непонятно то ли вздохнула, то ли выдохнула и принялась расправлять складки на покрывале. В палате как будто стало душно. В воздухе возникла какая-то абсолютно дурацкая неловкость, которая мешала им обоим. Клим никак не мог определиться, остаться ему или пора сваливать. Переступил с ноги на ногу и неожиданно выпалил:
– Не хочешь прогуляться?
– Думаешь, мне можно выходить на улицу? – Столько надежды вспыхнуло в её взгляде, что, будь она лежачей больной, он бы вынес её на руках или выкатил вместе с койкой во двор, и пусть бы кто-то рискнул ему помешать.
– Почему нет? – Клим пожал плечами и небрежно махнул в сторону окна. – Там же зачем-то целый сквер разбили с лавками и скамейками. Дорожки проложили. Цветов насадили на клумбах, явно чтобы волком не завыли тут все в голых стенах. Да и посетителям приятнее видаться со своими бедолагами под деревьями, чем в палатах или тесной фойешке. – Он намеренно осмотрел Аврору с ног до головы, пристально изучая, и вынес вердикт: – Пациент к прогулке годен.
Рора вспыхнула, попыталась скрестить руки на груди, а в итоге рассмеялась и спрыгнула на пол. Нащупала шлёпки под кроватью. Заторопилась с бандажом и запуталась в его ремешке.
– Ч-чёрт тебя раздери, – прошептала она с нескрываемой досадой.
– Постой! – Аврора застыла спиной к Климу, а он глупо разволновался, как подросток, которому предстояло впервые прикоснуться к девочке. – Вот так, секунду. – Он отрывисто расправил перекрученную полосу, то и дело сбегая взглядом к прозрачной коже на девичьей шее и стараясь не задеть плечо и лопатку Авроры, чтобы она окончательно не стушевалась.
«Сам-то какого лешего плыву?» – раздражённо одёрнул себя Клим, отдирая прилипший к голубой венке взгляд. Он аккуратно подцепил широкую лямку и поправил замявшуюся под неё складку на футболке.
– Готово. – Клим отступил назад сразу на пару шагов, с каждым из которых выдыхал и заново вбирал в себя воздух, который он, дебила кусок, какого-то хвойного задержал.
– Спасибо, – тихо поблагодарила Рора, не оборачиваясь и как будто изо всех сил пытаясь не погладить себя по плечу, которое Клим умудрился не задеть даже совсем чуть-чуть.
– Потопали, – подбодрил он и направился к выходу. – Сегодня солнечно, так что у тебя есть шанс обзавестись новыми веснушками.
– Почему все считают, что их нам наставляет солнце? – Вопрос догнал Клима на выходе.
Он усмехнулся: лёгкость между ними вернулась вместе с необычными вопросами, которые мастерски умела задавать только Аврора.
– А разве нет? – Он придержал дверь.
Рора юркнула мимо него, но Клим успел заметить, как она закатила глаза.
– Сначала выйдем на солнце, и я тебе покажу, – ответила она через плечо и вызвала лифт.
Вместе с ними спускалась медсестра, встав рядом с Авророй. Она чересчур рьяно убеждала кого-то по телефону, что уже бежит со всех ног, аж волосы назад, а сама устало привалилась к стенке лифта, безучастно глядя прямо перед собой. Рора вытянула указательный палец и медленно провела им по поцарапанной поверхности противоположной панели, создавая контур большого сердца. Женщина замолчала, сосредоточившись на руке девушки. Аврора поднесла кончик пальца к губам и подула поверх него в сторону медсестры:
– Это вам.
Покрасневшие от недосыпа глаза прояснились. Всё лицо женщины будто помолодело, озарённое недоуменной улыбкой.