Хтонь за околицей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Заболеет ведь. – Варвара аккуратно ступила наискосок, туда, где лед казался чуть надежней. – Ты Катьку-то любишь?

– Ты издеваешься, ведунья? – Русалка обнажила клыки. – Люблю ли я ее? Да я даже тут, среди тины вонючей, думаю только о ней. Знаешь, как я по теплу ее скучаю?

– Ну, и зачем тогда тепло ее в этом холоде хочешь утопить?

– Со мной не замерзнет. Вода все унесет – и холод, и болезни, и боль, и…

– Жизнь, – закончила Варвара. – Этого ты сестре желаешь? Посмотри на нее. Она же совсем ребенок. Хочешь отнять у нее детство?

– А у меня не отняли?! – завопила русалка и стукнула кулаком по льду. – Все забрали, ничего не осталось! – Потом надломленным голосом обратилась к Кате. – Иди ко мне, моя хорошая. Я тебя никому не отдам. Здесь тихо, нам будет хорошо.

– Оля! Одумайся! Убьешь же девчонку!

– Разве ж убью? Домой заберу. Кать, помнишь, как ты у меня на руках засыпала? Совсем ты с тех пор выросла. Подойди ближе.

Девочка не двигалась. Русалка развернулась к ведунье:

– А, ну, хватит свои заговоры шептать! Оставь нас! Уходи! Чего тебе надо вообще?! Назови цену!

– Не будет цены, Оля, – вздохнула Варвара и сунула обмороженные руки в карманы. – Отпусти Катю, если любишь.

Русалка всхлипнула, сложила руки перед собой и уронила на них голову.

– Она меня не слышит… Каждый день зову, зову, а она не слышит. Только когда спит. Или когда у реки. Я с ней минутку-другую поговорю и сразу словно оживаю. Понимаешь?! А без нее я что? Вода да тина. – Плечи ее затряслись. – Ты знаешь, что значит быть просто водой? На дне лежать и гнить? Кричать, просить о помощи и знать, что никто не отзовется?

– И такую судьбу ты приготовила сестре? – Голос ведуньи звучал тихо. – Еще раз спрашиваю: любишь Катьку?

– Люблю…

– И она тебя – очень. Ты ее старшая сестра? Так будь ей. – Ведунья сделала паузу и, когда русалка не ответила, продолжила: – Хочешь смех ее слышать? Я буду приводить ее к реке, обещаю.

Пока русалка рыдала, Катя, казалось, очнулась. Она испуганно смотрела на прорубь, будто не понимая, как здесь очутилась. Варвара тихонько ее позвала, и девочка попятилась.

– Я не могу смотреть, как она меня год за годом забывает, – прошептала русалка.

– Она и так тебя помнит, каждый день рисует. Я принесу, если позволишь. Ты можешь жить в ее памяти… или вы обе не будете жить нигде.

– Отпустить, говоришь… – Русалка подняла голову. Губы ее дрогнули, слегка растянулись. – А сама- то ты, ведунья, чего ж не отпустишь? Развеяла бы давно уже мороз по ветру, а ты его в подполе держишь. Или ты только словами бросаешься да нежить гоняешь?

У Варвары кольнуло в груди.

– Молчишь?.. – Русалка еще больше высунулась из воды, облокотилась на кромку льда. – Лицемерка…

С нечеловеческой скоростью она вынырнула из проруби и, прежде чем Катя успела взвизгнуть, схватила девочку костлявой рукой, опрокинула на лед и потянула на себя.

Ведунья не пошевелилась. Как только Оля обняла сестру, тут же зашипела.

– Жжется! Что ты натворила?! – Она отпихнула Катю, от перепончатых лап русалки поднимался пар. – Что?.. Что ты… сделала…

– Брошь твоей сестре подарила, оберег от вас, рыбин. – Варвара махнула девочке, и та поползла к ней, вся в слезах. – У тебя был шанс.

Русалочье шипенье резало уши. Варвара вытащила из кармана гребень – тот самый, с Олиного стола, украшенный ракушками.

– Узнаешь?

– Но… что ты…

– Я думала, в тебе что-то от человека осталось, но ошиблась, – грустно сказала ведунья и взялась за зубчик на гребне. – Что ж, все ошибаются.