— Да привяжите к метле, — предложила одна из молодых ведьмочек.
— Мы к вам на обратном пути заглянем, — решила я. — Привяжем его, а он возьмет и свалится.
— Да и черт с ним, красотки! — возразил один из колдунов, обнимая свою спутницу. — Когда еще так встретимся.
— Ладно, — вздохнула Агата. — Полетели. Дел много, а ночь одна.
Клочков, кажется, смирился. Он затих и просто наблюдал, куда мы его несем. Яр сидел на его шее и иногда орал свои дикие кошачьи песни.
Покинув город, мы мчались к лесу. Тут Славик и показал зубы. В прямом смысле слова. Он повернулся в мою сторону, извернулся и впился в мою руку.
— А-а-а-а! — закричала я. — Идиот, я же могу сбросить твою руку! Терпи, минут через двадцать на месте будем.
Ведьмин кот в отместку выпустил когти в его плечо.
Наш путь лежал к лесу, который уже остыл от летнего зноя, сбросив свою пышную листву. Обнаженные деревья, словно призраки, были укутаны плотным туманом. Настоящая колдовская ночь, наполненная тайнами.
— Пока не поздно, скажи-ка, куда ты дел ту брошь? — суровым тоном спросила Кузькина мать.
— Какую брошь? Девочки, вы, кажется, не в себе. Я к брошам абсолютно равнодушен. По этой части — точно не ко мне, — насмешливо протянул Славик. — А вот то, что вы делаете — настоящее похищение. Только не простое, а магическое. И завтра, я обязательно об этом сообщу.
— Спорим, не скажешь? — засмеялась Агата.
— Напишу заявление, не сомневайтесь. Вам придется меня вернуть, потому что алкаши, которые со мной в камере были, видели, как вы меня поволокли с собой. А коту твоему я голову отверну!
Яр ощерился и цапнул его за ухо.
— Ты не скажешь, потому что иначе Анна узнает, что есть некая Катя, с которой ты весело проводил время на прошлой неделе, — припечатала моя сообщница.
Любопытно, откуда Агата это узнала? И главное — ни словом не обмолвилась со мной.
— Да мне плевать на это! — с вызовом заявил Клочков. — Выкладывай. Она мне ни слова не скажет, а если и скажет, то я ее куда подальше пошлю. Девчонки меня просто обожают. Пищат. Вон, подругу свою спроси. Она мне только что тапочки в зубах не приносила.
«Вот же урод», — подумала я, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Какая была дура! Боже, как надо было так пасть! Тапки не приносила, но любила очень…
— Давай его скинем? — предложила я, уже не в силах сдерживать гнев.
— Давай! — согласилась Агата, и в ее голосе тоже звучала решимость. — Раз... два...
На счет три мы одновременно отпустили его, и Славик полетел вниз. А потом, стремительно пикируя, мы подхватили этого мерзавца и снова понеслись к лесу. Яр пересел на мою метлу.
Навстречу нам пронеслись два колдуна, распевавшие:
— Кроме бархатного мрака
Он не видел ничего!
Упыри да вурдалаки
Сотоварищи его!
Они не попадали в ноты, но орали от души. Драйвово, другого слова и не подберу. А потом, обернувшись, крикнули:
— Эй, парень, помощь нужна?
В этот момент Агата подала мне знак развернуться. Мы приблизились к этим, мягко говоря, нетрезвым колдунам. Агата, с озорной улыбкой, продемонстрировала им свою ногу с подвязкой и произнесла:
— Ребята, мы очень торопимся. Какая помощь? Он же молод, справится сам.