…
Рассвет я встретил в хорошем настроении. Ника сообщила, что пленный богомилец готов покаяться и рассказать всё как на духу. Учитывая, что никаких криков из сарая ночью никто не слышал, я сделал вполне естественный вывод, что он просто сам одумался и взялся за ум. А не Ника через Алёшеньку и звуковую метку пытала его самыми ужасными способами, не давая даже пикнуть от боли и ужаса. Хотя… Мне было откровенно пофиг. Я его не просил устраивать на меня охоту с использованием зомби. Так что кто не спрятался — мы идём к вам!
Я спокойно доел утреннюю яичницу с салом, посыпанную сверху зелёным лучком. Запил её горячим отваром из какого-то Матрёниного травяного сбора. Встал из-за стола и только после этого велел Нике привести ко мне злодея для душевной беседы.
— Демон! Убей меня! — сходу взмолился бедолага. — Я всё равно умру скоро. Только душу мою пожалей, смилуйся!
— Во дурак! — опять вздохнул я. — Алёша, где покаяние? Ты чего его привёл? — обратился я к синту. Но, естественно, чисто для антуража.
— Каюсь! — заорал богомилец как оглашенный и бухнулся на колени. — Всё скажу! Только душу не забирай!
Он со страхом покосился на Алёшу, который стоял невозмутимо чуть позади него и даже не сделал попытки поднять его обратно на ноги. Я такой команды не давал.
— Ника, ты его чем так напугала-то? Он же вон мне сейчас весь пол заляпает своими штанами обоссанными.
— Ну, подумаешь, пару раз цвет глаз Алёши поменяла. Чисто по приколу.
— Это на светящиеся в темноте которые? Вот ты садистка!
— Ой, и пошутить нельзя? Он никому не расскажет.
Я вздохнул. Увидеть ночью Алёшу со светящимися красными глазами — даже я бы испугался сильно. А тут — расшатанная психика религиозного фанатика. Жуть просто!
— Кто приказал упыря ко мне послать? — спросил я, как можно жёстче глядя ему в глаза. Я не знаю, как они там промеж себя ходячие трупы называют, но некромант меня понял и не переспрашивал.
— Старец Афтандил. Он и ритуал показал, и амулет дал нужный.
— Где он сейчас?
— Упырь? — богомилец подвис на секунду. — Так это… тут где-то.
— Старец твой где?
— Аааа… так это… не ведаю я.
— Алёша! — позвал я синта.
— Аааа… — уже с совершенно другой интонацией заверещал убийца. — Скит есть на болоте в пяти днях пути на восход.
— А конкретнее? Мне его по всем окрестным болотам бегать искать?
— Зачем бегать?
— Чтобы фотокарточку отдать, блин! — тихо проговорил я. А потом уже громче: — познакомиться хочу. Вдруг он меня на путь истинный наставит!
— Старец Афтандил наставит! Он и тебя, и этого твоего вия, — он кивнул в сторону Алёши, — вмиг представит на суд Божий!
— В смысле — убьёт?
Убийца закивал и улыбнулся.
— Ника, ну я же просил, чтобы не сбрендил он раньше времени! Блин.
— Не-не, Илюх. Это у него нормальное состояние. Он по жизни такой идиот. А может, это так влияет код слияния матрицы сознания с нежитью, — задумчиво проговорила она. — Чем больше оператор рулит упырём, тем быстрее его собственный мозг деградирует? Надо будет потом за тобой понаблюдать, если вдруг попрактиковаться с новыми модулями захочешь.
— Ну его нафиг, эти твои новые модули! — меня аж передёрнуло всего. — Чего мне с ним делать-то теперь? И правда бегать по болотам и искать скит этих богомильцев? Дел у меня мало, что ли?
— Ну, подожди, пока ещё кто-нибудь от них не появится и не попробует опять тебя убить. Может, тот больше знать будет.