— Не снимайте средства индивидуальной защиты ни на минуту.
Он указывает пальцем на плакат на стене, где перечислены все правила.
— Соблюдайте эти инструкции, а в остальном — развлекайтесь. Если понадобится помощь или появятся вопросы, дайте знать.
Он быстро выскальзывает из комнаты и закрывает дверь, оставляя нас с Завьером наедине с нашими кувалдами.
— Разве не идеально?
Он крутит молоток легким движением запястья, и блеск в его глазах ясно дает понять: ему это точно понравится. Идея комнаты ярости оказывается пугающе удачной и очень заботливой с его стороны.
— У меня сложилось впечатление, что ты бо́льшую часть времени держишь эмоции в себе. А здесь можешь наконец выпустить наружу свою тройную «Ф».
— Свою что?
Я опускаю забрало шлема и проверяю, застегнута ли куртка до самого верха. Когда у меня не получается продеть пуговицу в петлю из-за толстых защитных перчаток, Зав берет дело в свои руки.
— Тройную «Ф».
Закончив с застежкой, он отступает и поднимает три пальца.
— Фрик. — Один палец опускается. — Флаг. — Второй палец. — Флай. — Последний палец. — Я называю это тройной «Ф».
— Объясни мне, как именно это относится к данной ситуации?
Я оглядываю комнату, решая, что хочу разнести первым. Если Зав не перестанет на меня пялиться и не ответит на вопрос, это будет он.
— А как это может не относиться? Это относится ко всему.
Зав продолжает смотреть на меня так, будто это я сумасшедшая, раз не понимаю, о чем он говорит.
— Считай, что эта комната для того и нужна. Я хочу, чтобы тебе было здесь на сто процентов комфортно: кричи, плачь, ори, выплесни все наружу. Я не стану тебя осуждать. И уверен, тот хилый подросток снаружи тоже. Черт, он наверняка слышал и похуже.
Когда я не принимаю решение достаточно быстро, Зав ставит стеклянную бутылку на стол и жестом указывает на нее.
— Тройная «Ф», детка.
Сжимая кувалду, я выдыхаю и становлюсь перед бутылкой в боевую стойку.
Правда в том, что я редко позволяю себе застревать в эмоциях. Не скажу, что это правильный образ жизни, но я всегда была человеком, который, когда что-то случается, понимает, как решить проблему, и движется дальше. Зацикливаться и терять из виду цель кажется мне непродуктивным.
Наверное, это делает меня трусихой, потому что я боюсь позволить себе испытать те сильные чувства, которые я так долго сдерживала. Если я отпущу контроль, смогу ли потом снова собрать себя по кусочкам?
— Тройная «Ф», — бормочу я себе под нос.
Перекинув хвост через плечо, я заношу кувалду над головой и с боевым кличем обрушиваю ее на бутылку. Она разлетается почти мгновенно, с первого же удара, но я продолжаю молотить по ней, пока от нее не остаются одни осколки.
Хорошо, что на мне защитное снаряжение: стекло разлетается во все стороны, но я не останавливаюсь. Я едва замечаю, как Зав бросает на стол полуразбитый ноутбук — мою следующую цель. Не теряя темпа, я разношу и его.
Контроль и свобода ощущаются хорошо. Честно говоря, потрясающе. Я уже не помню, когда в последний раз чувствовала себя так.
— Блять!
Мой крик эхом разносится по комнате, когда я заканчиваю расправляться с техникой и роняю кувалду на пол. Я шумно выдыхаю, и мое бешено колотящееся сердце постепенно успокаивается.
— Полегчало?
Зав наблюдает за мной, прислонившись к дальней стене. На его лице ни капли осуждения, ровно как он и обещал.