— Уже нет, — сказал я.
Айк обернулся. Пауза вышла содержательной.
— То есть… как?
— Флагман, Айк. С этого утра командир здесь я. — Я забрал руку обратно. — Кузьма Кузьмич, потерпите час, размещение пересмотрим. — И, отпустив кнопку, посмотрел на схему палуб на переборке: — А мы с капитаном третьего ранга скорректируем маршрут. Идём в блок «Д».
Рация щёлкнула и голосом Дорохова сообщила:
— Вот теперь слышу родную субординацию.
Мне доводилось видеть, как люди бледнеют, краснеют и покрываются пятнами. Айк освоил все три техники одновременно.
— Блок «Д»⁈ — Он издал короткий смешок, не убедивший даже его самого. — Да там смотреть нечего! Технические помещения! Пыль, паутина, крысы… то есть нет! Крыс нет! Крыс — категорически нет, это я вам как командир… как бывший… как капитан третьего ранга заявляю! Александр Иванович, давайте лучше носовые батареи! Гордость корабля! Потом обед — кок сегодня превзошёл сам себя, каре ягнёнка…
— Откуда на боевом крейсере каре ягнёнка, капитан?
— … превзошёл гипотетически! Каша! Я хотел сказать — каша!
— Айк.
— Да, Александр Иванович?
— Что в блоке «Д»?
— Клянусь чем угодно… — он прижал ладонь туда, где по уставу полагалось находиться сердцу. — Исключительно вспомогательное оборудование!
— Вспомогательное — чему?
На этот вопрос у капитана третьего ранга ответа не нашлось — но ненадолго.
Я уже шагал по коридору в сторону, экскурсией не предусмотренную. За спиной частил и семенил, заходя то слева, то справа, капитан третьего ранга Пападакис, и в его скороговорке носовые батареи мешались с кашей, крысами и внезапной аварией освещения именно в блоке «Д».
Настоящая экскурсия только начиналась…
Глава 7
О готовности к переходу Жила доложил с обстоятельностью, которую приберегал для особых случаев: не «готовы», а «готовы по всем боевым частям, проверено лично, дважды». Слово «дважды» он произнёс со значением: первая проверка требовалась кораблю, вторая — самому Аристарху Петровичу, для душевного равновесия.
— Вижу, Аристарх Петрович. Спасибо.
— Осталось дождаться коридора от диспетчерской — и через двадцать минут нас здесь не будет.
Через двадцать минут они всё ещё были здесь, и диспетчерская оказалась ни при чём.
— Ваше высочество, приказ из ставки. — Оператор связи, юноша с голосом на октаву ниже собственного возраста, произнёс это торжественно, словно объявлял салют. — Адресован лично вам. Подпись государя-императора.
Таисия прочла приказ дважды. Первое прочтение показалось ей клеветой на здравый смысл, второе подтвердило: клевета оформлена по всем правилам делопроизводства. К её миссии присоединялись шесть вымпелов пятой «ударной» дивизии, линкоры и крейсера, под командованием вице-адмирала Хромцовой на «Палладе». Точка. Подпись. Объяснений не прилагалось: императоры объясняют свои приказы примерно с той же охотой, с какой погода объясняет дождь.
— Аристарх Петрович. Отбой коридора.
— Что-то серьёзное?
— К нам следует эскорт.
Жила заглянул в приказ через её плечо — привилегию эту он никогда не спрашивал, а она давно устала оспаривать — и издал звук, средний между хмыканьем и вздохом сожаления.
— Шесть вымпелов. Явно не для скрытного рейда. — Он вернулся к пульту. — Готовлю канал со ставкой, ваше высочество. Вы ведь всё равно прикажете.