— Чего в нашем деле не бывает!
Это после того, как Скорлупов хотел у Владимира его подругу увести. Вышло вот что. Стоял начальник как-то на порожках отдела и видит: выходит очень заметная дама, второй такой в городе нет. Подходит к играющей новым капотом «Волге», садится за руль. Тогда еще «Волги» у самого начальника не было.
Скорлупов глаза все выглядел. Давно замечал ее в коридорах власти. Давно на нее глаз положил, и вот она. Ждет кого-то.
Тут мимо него Гончаков сбегает с дипломатом, садится в «Волгу», и машина трогается.
Владимир возвращается в отдел — с подругой они провели хорошо время, — а ему дежурный:
— Иди к шефу! Он в своей клетке уже весь изрычался.
«Понятненько...»
Гончаков к шефу.
— Ты где это три часа шатался?
«Все просчитал...»
— Допрашивал, — отвечает.
— Кого?
— Бабок!
— Во, бабок... А ну, покажи протоколы.
У Гончакова всегда в запасе была пара протоколов без указания даты и времени. Он раскрыл дипломат, достал протоколы, на глазах подполковника проставил нужные цифры.
— Нате!
— Быстер же, — произнес Скорлупов. — Успеваешь на несколько фронтов.
— Успеваю...
— Скажи все-таки, кем тебе эта блондинка?
— Учились мы с ней вместе.
— Сокурсница, значит...
Гончаков вышел от шефа. Самому смешно: вот барбос, и на его подругу глаза свои целит... Мало ему торгашек... В отделе знали, что каждый выходной подполковник забивал багажник служебного «жигуленка» выпивкой и яствами и уматывал с торговками на природу. А потом милицейские «уазики» развозили пьяных теток по домам, а дежурный по отделу втаскивал шефа на пятый этаж и сдавал в руки его кулачнице-жене, увертываясь от тумаков разгоряченной подполковницы.
Дело об убийстве в саду легло на стол Гончакову. Он хотел сразу отправить его в сейф, а дождавшись справок и характеристик, как советовал Куцов, направить в суд. Но то ли из любопытства, то ли из упрямства решил: «Погляжу-ка я дело коллеги, которого наверх взяли. Небось, там все исполнено по высшему классу. Я сам чему-нибудь поучусь».
Отвернул картонную корочку.
Прочитал: «...обвиняется... в совершении убийства... то есть в преступлении, предусмотренном статьей... пунктами «а», «бэ», «гэ», «дэ»...» Весь алфавит...
Достал сигарету. Закурил. Листал страницы.
— Даже экспертизы трупа не провел... Причина смерти не установлена... Никаких вещественных доказательств не изъято... Только явки с повинной... Показания Клавдии...
Чем глубже вникал, тем больше раздражался:
— Ну и шкворень же этот Куцов Шмон Аронович! Наверно, совсем крыша поехала, когда узнал, что в Управление забирают... Дело спихнул под дурачка... Тут до суда еще брушить да брушить... По-звоню-ка я ему... Какой у него телефон?
Среди следователей никто номера телефона Куцова не знал, не знали и в справочной Управления — видимо, новый сотрудник. Нашел почти случайно.