Звездные Рыцари. Книга 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Хотя кое-что я всё-таки видел. И чем дольше смотрел, тем меньше мне хотелось делиться увиденным вслух.

Моё зрение теперь доставало далеко, много дальше, чем ранее, подозреваю, что подальше, чем даже у наших высокоранговых Рыцарей. И в какой-то момент я увидел, что там, за жуками, у подножья большого холма, на самой границе внешнего пояса зоны, стояло что-то большое. Очень большое! Плотные узлы элериума, вросшие в тело, я уже видел такие у мёртвого Стража возле базы. Только этот был жив, и этот был еще крупнее. Он не двигался за нами. Он просто стоял на самом краю своей территории, как будто вышел из глубины специально, до самого «предела» и дальше ему было нельзя.

А вот жуки, кажется, были с ним незримо связаны. Я не мог этого доказать, но чувствовал: тонкие, едва различимые иллюзорные нити тянулись от дозорных куда-то в сторону зоны. Я всё еще не до конца верил своему новому «сверхчувству», но кое-что уже понимал. Эти «нити» не были чёрными, мерзкими нитями Изнанки. Это точно.

«Маршал. Скажи мне, что я это не придумал?» — при своих ребятах я старался не разговаривать с невидимым собеседником, чтобы их лишний раз не нервировать, поэтому обратился к нему мысленно.

Маршал тут же откликнулся, вот только отвечал он, делая большие паузы, как будто сам сейчас подбирал слова и в процессе анализировал само происходящее.

«Не придумал. Страж вывел дозорных за пределы зоны и ведёт их вдоль вашего маршрута. Он смотрит их глазами, Виктор. Он использует их так же, как поводырь использует стаю. Только они… одно племя»

«И что это значит?»

«Не знаю. И мне очень не нравится, как часто я стал говорить эти слова»

Я невольно хмыкнул. Старый рыцарь, который прожил не одну сотню лет и который знал о войне с Изнанкой больше, чем всё нынешнее человечество про неё забыло, уже второй месяц подряд открывал для себя Скверну заново. И его это, похоже, злило.

«Ты же тысячу лет с ними рядом воевал. Как вы могли этого не видеть?»

В голосе его внезапно явственно проявилась горечь.

«А мы не смотрели. Мы приходили за элериумом, зачищали зону и уходили. Стражи были для нас частью зоны. Опасной частью, не более. За все века ни один брат не шёл рядом с ними три дня, глядя на них так, как смотришь ты. Некому было. И незачем… как нам тогда казалось. Как я сказал, Незримые в Мёртвые миры не ходили.»

Я не стал дожимать. За этой горечью стояло слишком много всего, что мы оба уже проговорили над свежей могилой Стража у стен «Браво-7», и повторять это по кругу не имело смысла.

Вечером, на привале, я спросил Гримма. Тот долго смотрел на далёкие панцири, блестевшие в закатном свете, потом пожал плечами.

— Смотрят. Не трогают, — он еще немного помолчал и добавил. — Со мной так же было. Долго.

И всё. Больше из него, похоже, ничего нельзя было вытянуть, хотя, честно говоря, не очень-то хотелось. Гримм некоторое время, вынуждено, прожил рядом с ними. Теперь, похоже, к списку тех, кого зона «терпит», добавились и мы.

Ночёвки проходили спокойно, если это слово вообще применимо к ночёвкам на Мёртвом мире. Мы вставали лагерем в стороне от воды, Гримм и Олег делили дежурства, а я после ужина уходил в работу с Маршалом. Полог Тишины держался на мне уже увереннее: я научился держать его на себе и моих товарищах постоянным фоном, так, чтобы не думать об этом каждую секунду. Да, для Изнанки я теперь навсегда чёртов маяк, но вот от человеческого восприятия, от чужого «Пробуждения» и местных тварей я мог спрятаться вполне себе надежно. И, при желании, для людей я мог стать просто «крепким» инициированным, одним из многих. И, поверьте, именно такое желание у меня сейчас и было!

Тренировал я это специально. Потому что на второй вечер мы с Маршалом наконец закрыли вопрос, о котором я размышлял от самой «Браво-7».

— Смотри, что получается, — я сидел у костра, ковыряя веткой угли. Олег спал, Гримм сторожил периметр, и можно было говорить вполголоса, не изображая сумасшедшего. — Сказать правду всем я не могу. И дело даже не в Инквизиции, до неё ещё дожить нужно, просто это вот всё… паника, страх, люди, чёрт их дери! Соврать Грейну я тоже не могу. Он враньё чует лучше, чем местные твари человеческую кровь, и если я начну юлить, я потеряю с ним контакт. А этого… не хотелось бы.

«Значит?»

— Значит, правду дозируем. Для всех на «Гамме» я выживший эсквайр с мёртвой базы. Мне просто повезло, ну, выжил, окреп немного, Скверна всех меняет, так-то. Полог же Тишины прикроет всё остальное, — я загнул указательный палец на ладони. — Грейну, пожалуй, расскажу больше… доверяю я этому старику. Про тварей расскажу, про поводырей и про то, как их убивать. Про то, что базы не беспричинно вымирают, а просто их захватывает враг. Враг, с большой буквы. Всё это он сможет проверить сам, и очень быстро.

«А про себя?»

— А вот про себя я, пожалуй, воздержусь. Ни про тебя, ни про Истинную Звезду я рассказывать не буду. Про Гримма тоже. Пока не пойму, что можно. Люди меняются, Маршал. Надеюсь, Грейн будет готов, но если нет, то… нет.

Маршал помолчал немного, и мне показалось, что он доволен услышанным.

«Разумно. Запомни главное, Виктор. Людям, кто находится на грани смерти, не нужна твоя биография. Им просто нужно, чтобы кто-то пришёл и спас их. Дай Грейну ту информацию, что он сможет применить на практике. После этого он сам будет защищать тебя от лишних вопросов»

На том и порешили.

Третий день прошёл, собственно, как и второй, и к этому странному ощущению, когда справа тебя весь день молча провожает чужой взгляд, мы привыкли настолько, что Олег перестал коситься на холмы, а начал травить байки про своих учениц. Гримм слушал и иногда хмыкал. Я же шёл молча, смотрел по сторонам и считал часы до брода.

А после полудня третьего дня наш «почётный караул» сошёл с ума…

Я почувствовал это раньше, чем увидел глазами. Ровные, спокойные нити, тянувшиеся от жуков в сторону зоны, вдруг задрожали, как дрожит леска, когда на другом конце дёргает крупная рыба. Дозорные сбились с ритма. Один закрутился на месте, двое других столкнулись панцирями, и вся шестёрка хаотично заметалась влево-вправо, словно каждый жук разом получил два приказа и не знал, какой выполнять.

Я остановился и поднял кулак. Моя группа послушно замерла.