Максим даже не повернул головы в его сторону. Он всё так же сидел, прислонившись плечом к шероховатому стволу дерева, неторопливо жуя кусок копчёного мяса. Вино в тыквенном сосуде тихо плеснулось, когда он сделал ещё один короткий глоток. Взгляд парня был направлен куда-то в сторону крепостной стены, где за полупрозрачной сетью печатей всё ещё клубился тот самый голубоватый туман. Туман теперь двигался медленнее. Но всё равно двигался. И именно это заставляло Максима оставаться настороженным.
— Я сказал ровно то, что думаю. — Спокойно произнёс он, даже не повышая голоса. — С такой «помощью», как вы — чудо, что мы вообще ещё живы.
После его неумолимых слов между ними снова повисла тяжёлая тишина. Даже Линь Сюэ медленно опустила руку с хлебом и внимательно посмотрела на него. Максим же наконец перевёл взгляд на двух старших учеников. И от этого спокойного, холодного взгляда обоим почему-то стало не по себе куда сильнее, чем от крика или угроз.
— Первый раз, — начал он ровным голосом, — вы полезли к древнему голему, несмотря на предупреждения. Итог? Мы едва не сдохли. И если бы я не увидел слабые узлы в печати управления этой штукой, вас бы сейчас уже не существовало.
Один из старших учеников тут же открыл рот:
— Это была случай…
— Второй раз, — перебил его Максим, даже не моргнув, — вы сунулись к защищённому дому внутри города. Опять без разрешения. Опять без разведки. Опять решили, что опасности нет только потому, что вы её не видите.
Его голос оставался спокойным. И именно это спокойствие сейчас пугало куда сильнее крика.
— Итог? — продолжил парень. — Мы едва не оказались растворены той дрянью, что ползает внутри города вместо тумана.
При этих словах Линь Сюэ заметно помрачнела. Она прекрасно помнила, как голубоватая масса ударила в крепостную стену. Как плавился камень. Как вспыхивали печати. И как всего на несколько секунд позже — они бы просто не успели выскочить наружу. Один из старших учеников резко сжал кулаки.
— Да это были просто случайности! — зло процедил он. — Кто вообще мог знать…
— Я. — Спокойно ответил ему Максим. И снова наступила тишина. Даже, казалось, будто сам ветер стих между деревьев. А парень чуть наклонил голову набок.
— Я вас предупреждал возле голема. — Его взгляд сместился на одного. — Я вас предупреждал возле домов.
Потом на второго.
— Вы не слушали.
Старший ученик Чан Вэй резко побледнел. Потому что возразить на это ему было просто нечего. Максим же отломил ещё кусок хлеба и продолжил уже тише:
— Поэтому теперь я вообще не уверен, что вас не подослали специально.
Эта фраза прозвучала спокойно. Но эффект от неё оказался подобен удару под дых. Линь Сюэ резко подняла голову. А оба старших ученика одновременно напряглись.
— Ты… что несёшь⁈ — выдохнул один из них.
Максим пожал плечами.
— А что ещё мне думать? — Он лениво повёл рукой в сторону города. — Мы идём к месту, о котором знали только старейшины и те, кому они доверяют. По пути два старших ученика Академии ведут себя так, будто впервые выбрались за ворота школы. Игнорируют предупреждения. Лезут в ловушки. Срывают печати. Поднимают тревогу внутри неизвестного города.
Он чуть прищурился.
— И всё это происходит именно тогда, когда Линь Сюэ пытается добраться до поставленной перед ней цели…
После этих слов девушка окончательно нахмурилась. Медленно. Очень медленно. Она перевела взгляд на двух сопровождающих. И теперь в её глазах уже не было прежнего раздражения. Теперь там появилась тяжёлая задумчивость. Потому что… слова Максима действительно звучали слишком логично.
Один из учеников тут же вспыхнул:
— Да ты просто пытаешься нас оболгать!
— Правда? — Максим чуть усмехнулся. — Тогда объясните мне одну вещь.
Он наконец выпрямился. И впервые за всё время в его голосе послышалась лёгкая сталь.
— Почему два старших ученика Академии за всё путешествие сделали больше ошибок, чем младший ученик, которого вы называете деревенщиной?
На этот вопрос ему никто так и не ответил. Потому что ответа не существовало. Максим же снова прислонился к дереву и спокойно закончил: