Чёрт, даже если бы Огненный Тигр был в нормальном состоянии, стал бы он слушать… котёнка?
Я горько усмехнулся.
Кися пытается договориться с богом. Звучит как начало плохой шутки.
Афина открыла глаза и посмотрела на меня.
— Всё в порядке, — сказал я тихо. — Спи.
Тигрица фыркнула — мол, как ты смеешь думать, что я не дежурю вместе с тобой — но послушно опустила голову на лапы.
А ну утро вулкан вырос перед нами как чёрный клык, вонзённый в небо.
Мы вышли к его подножию на рассвете, когда первые лучи солнца окрасили вершину багровым заревом. Лес резко закончился, будто его обрезали ножом — последние деревья стояли обугленными скелетами, а дальше простиралась пустошь.
Застывшая лава. Чёрные волны камня, навеки замершие в момент движения. Трещины, из которых поднимались ленивые струйки пара. Мягкий, серый пепел под ногами, глушащий каждый шаг.
Жар ощущался даже здесь, у самой границы. Воздух дрожал и переливался, искажая очертания скал.
— Красиво, — пробормотал Стёпка, щурясь от яркого света.
— Ага, — согласился я. — Вот только раз оступился, провалишься в трещину — и привет.
Парень непроизвольно отступил на шаг.
Лана вышла вперёд, закрыла глаза и глубоко втянула воздух. Её ноздри расширились, губы чуть приоткрылись. Она принюхивалась к магическим следам, аурам и тонким энергетическим отпечаткам.
Я молча наблюдал за ней. Красавчик на плече тоже напрягся, он уже привык повторять за пантерой. Его усики подрагивали в попытках опередить Лану.
Через минуту она открыла глаза, в них была растерянность.
— Ничего, — сказала она. — Вообще.
— Как это — ничего?
— Вот так. — Она развела руками. — Я чую огонь. Но тут везде огонь. Вулкан передаёт пламя так сильно, что забивает всё остальное!
Я посмотрел на Красавчика. Горностай жалобно пискнул и ткнулся носом мне в шею. Его усиленное чутьё тоже ничего не давало — слишком много огненной энергии вокруг.
Чёрт.
— Он скрыл свою ауру, — продолжила Лана, хмурясь. — Полностью. Слился с фоном вулкана. Даже раненый, он способен на такое.
— Умный, зараза, — пробормотал Стёпка.
— Умный, да, — я кивнул. — И опытный. Для него этот вулкан — дом.
Стёпка нервно переступил с ноги на ногу, сжимая древко копья. Его взгляд метнулся к небу.
— Так… Грифонов вроде не вижу.
Друиды наверняка уже оправились после боя с эхом. Радонеж не из тех, кто сидит сложа руки.
Я осмотрел территорию.
Вулкан был огромен. Чёрные склоны уходили вверх на сотни метров, испещрённые расщелинами и лавовыми трубами. Десятки пещер темнели в скалах — любая из них могла быть убежищем раненого зверя. Или ловушкой.
— Сколько времени займёт обыскать всё это? — спросил Стёпка, явно думая о том же.