Поток 36+19=55
Характеристика поток достигла пятого порога.
Навык улучшен: «Манипуляция» (D → C) — полный контроль структуры твёрдых поверхностей. Перестройка формы камня, земли и минералов в реальном времени.
Старик ступил на камень и коротко рыкнул — из скалы рядом с ним выстрелил каменный шип. Метр в длину, острый и идеально гладкий. Росомаха посмотрела на шип, потом на меня.
А я рухнул на одно колено, оперевшись руками о белый песок.
Чёрт! Переоценил свои возможности — сила дедули стала катастрофической, и ядро не выдерживало.
Удар второй С-ранговой связи по ядру был похож на удар кувалдой под рёбра. Две чудовищные массы энергии моих зверей легли на архитектуру моего D-ранга. В ушах протяжно зазвенело. Я почувствовал, как из носа побежала горячая капля.
Кровь.
Каналы не просто ныли, они микроскопически рвались. Собственное тело оказалось бутылкой, в которую попытались закачать море.
Я утёр кровь рукавом и поднял на росомаху налитые свинцом глаза.
— Ну что? — выдавил хрипло, сквозь стиснутые зубы. — Не обманул? Доволен?
«Нормально. Теперь — нормально.»
Это… Перестройка формы? Значит ли это, что Старик может создать не только шип? Стены? Ловушки? Лабиринты?
Твою… Если звери становятся такими на С ранге, то что будет на В?
Волчонок не выдержал.
Щенок, который всё это время сидел в стороне, вдруг сорвался с места и подбежал к Старику.
Он ткнулся мордой в лапу росомахи. Тот опустил голову с каменными пластинами на скулах и посмотрел на щенка сверху вниз.
Секунду назад росомаха игнорировал волчонка. Всегда игнорировал. С первого дня в том лесу — демонстративно отворачивался, не признавал, не впускал в стаю.
Сейчас что-то изменилось. Старик долго и основательно обнюхивал щенка. Мокрый нос прошёлся по загривку волчонка. Тот замер, задрав морду, и мелко дрожал.
Дед фыркнул. Одним движением лапы подвинул щенка под своё брюхо — туда, где тепло, а каменная шкура защищает от ветра.
— Серьёзно? — я вскинул брови. — Может и Актрису так прикроешь?
Нет! — рявкнула росомаха мыслеобразом крошащихся скал.
Волчонок пискнул, завозился, устроился, и через десять секунд затих, прижавшись к тёплому боку росомахи.
Произошёл… сдвиг. Что-то, что раньше было закрыто — приоткрылось.
Слабый, беспомощный, противный щенок. Но свой. Стая.
Карц наблюдал с другой стороны пляжа. Три хвоста обвиты вокруг лап, белые глаза полуприкрыты. Он одобрил.
Афина подошла и легла рядом со Стариком всего лишь на расстоянии вытянутой лапы. Тигрица положила голову на передние лапы и закрыла глаза.
Она будто говорила: Я тут. Если что — рядом.
Волчонок под брюхом Старика пошевелился, вытянул морду и лизнул Афину в нос. Тигрица дёрнула ухом и фыркнула — но не отодвинулась.
Красавчик посмотрел на дедулю и вдруг спрыгнул с плеча. Мелкий белый комок покатился по песку, подбежал к нему и… сел рядом.