Барут стоял у загона и смотрел на трассу.
Гонка должна была начаться через несколько минут, но время для него, похоже, уже остановилось. Шорох сидел у него на плече и не вырывался — просто крутил головой.
Мика встал чуть в стороне и тоже посмотрел вниз.
Пятый поворот его беспокоил. Он уже прикинул дважды — угол там такой, что нужно было тормозить за два корпуса.
Но если Барут успел выстроить связь — зверёк почувствует напряжение хозяина. Вот она — суть истинного зверолова. То, чему учил их Макс. То тесное доверие, которое делает зверей гораздо сильнее.
Варон смотрел на стартовую линию с видом человека, который знает финал заранее.
Распорядитель вышел на помост, одёрнул жилет и поднял руку, требуя тишины. Толпа неохотно притихла.
— Приём ставок закрыт! — прокричал он, и его голос с трудом перекрыл последние выкрики толпы. — Почтенная публика, сегодня перед вами выступят два фукиса! Слева — прославленный чемпион трёх сезонов, непобеждённый Принц, питомец уважаемого Варона из Южного Королевства!
Трибуны загудели. Несколько человек засвистели.
— Справа — дебютант, Шорох, питомец молодого торговца из Железного Королевства!
Аплодисменты были жиденькими. Понятное дело — деньги стояли на чемпионе.
— Напоминаю правила: зверь должен пересечь финишную черту самостоятельно. Хозяева не вправе выходить на трассу. Судьи фиксируют любое вмешательство.
Барут взял Шороха обеими ладонями и опустил к стартовой черте. Фукис тут же вытянул шею и начал нюхать воздух — что-то его заинтересовало внизу, у канавы на первом повороте.
Принца выпустили из переноски.
Шорох и его соперник оказались на старте рядом, разделённые полосой разметки. Принц не смотрел на соперника. Только вперёд — туда, где трасса уходила в первый поворот.
Три сезона побед — отметил Мика. — Это в крови уже.
— Иииииииии… — Распорядитель поднял флаг. — ДА ПОБЕДИТ ДОСТОЙНЕЙШИЙ!
Флаг упал.
Сердце Мики застучало быстрее.
Оба участника гонок сорвались одновременно — два маленьких тела, два облачка пыли на утоптанном песке. Трибуны взорвались криком, и Мика почти физически почувствовал, как волна звука ударила по ушам.
Первые десять метров шли плечом к плечу. Принц держал ровный, почти механический ритм — лапы в такт, голова чуть опущена. Ни капли лишних движений.
Шорох бежал иначе. Чуть хаотичнее, с лишними рысканиями вправо-влево, с коротким взглядом в сторону трибун. Но темп держал.
Барут что-то шептал, не сводя глаз со зверька. Губы двигались быстро, почти неразличимо в общем шуме.
Первый поворот — пологая дуга, здесь ещё ничего не решалось.
Шорох вписался хорошо. Он заранее сбросил темп — на целый корпус раньше, чем требовалось — прошёл дугу с запасом и выровнялся.
— Есть! — крикнул Мика, не выдержав эмоций. — ДАВАЙ, ШОРОХ!
Но Принц прошёл острее, ближе к внутреннему краю, на долю секунды быстрее, и вышел из поворота первым.
Стёпа рядом негромко выдохнул — будто выпустил сдерживаемый воздух.
А потом трасса повела их к канаве.
Деревянный мостик навис над узкой полосой воды. Мика не зря приметил это место. Вода внизу была прозрачной, почти стеклянной, с лёгкой рябью от ветра.