Я проводил взглядом то место, где секунду назад мелькнула его тень между стволами.
— Он же не соврал? — тихо спросила она.
— Вы ещё обязательно увидитесь, так что нет — не соврал, — кивнул я.
Язычки пламени плясали в углях, отбрасывая движущиеся тени на стволы деревьев.
— Друиды нанесут удар на финале. Тысячи зрителей, все правители в одном месте, хаос, который они готовили месяцами. — Я сделал паузу, позволяя ей осознать масштаб того, что надвигается. — Мы войдём туда раньше, чем они ждут.
Лана кивнула. Ей не нужно было объяснять, зачем и почему.
— Мы наконец перестанем играть в их игры, — сказала девушка со злостью в голосе. — Больше никаких правил. Только охота.
— Да, — согласился я, и Лана легла обратно, повернувшись ко мне спиной.
— Добрых снов, Макс.
Я остался сидеть у костра и слушал её дыхание. Сначала неровное, прерывистое — она не спала, просто лежала и смотрела в темноту леса. Потом постепенно выровнялось и замедлилось. Усталость брала своё.
Карц, Актриса, Старик, Лана, Красавчик… Оглядел свою семью. Именно так — семью. Не инструменты для достижения цели, не союзников по договору, не боевых товарищей, связанных общей задачей, не питомцев.
Семью! Каждый вверил мне жизнь без условий и ограничений. Шёл за мной без вопросов туда, куда я вёл — в самое пекло. И скоро я поведу их в самую жестокую битву, которую видел за всё прожитое время.
Друиды готовились к финалу. Они точно нападут. Если сделать всё правильно — выжжем их как заразу раз и навсегда. Разом — и всех!
Нам нужно пережить всего пару ночей в унизительном статусе добычи.
После этого начнётся настоящая охота.
Костёр догорал.
Красавчик сопел на плече. Лана дышала ровно. Лес молчал.
И тут за спиной что-то хрустнуло.
Не спереди — где патрулировала Актриса. И не справа — где дремал Старик. Прямо за спиной! В нескольких шагах, между двумя старыми соснами, где не было ничего кроме темноты и мха.
Я не думал. Нож оказался в руке раньше, чем мозг успел сформулировать команду. Вихрь Режиссёра побежал по клинку.
Лана беззвучно вскочила и встала рядом.
Старик не шевельнулся.
Карц не открыл глаза.
Актриса не вернулась.
Никто из стаи не предупредил меня. Ни образа, ни тревожного импульса через связь, ни простого инстинктивного толчка — ничего!
Это было страшнее любого звука.
Мы с Ланой видели лишь контуры деревьев.
И между этими контурами — неподвижная тень.
Эта тень не двигалась.
Просто стояла и смотрела.