— Ладно, уважаемы интриганы, — Раннер вдруг хлопнул себя по коленям. — Пожалуй, я уже начал разбираться хотя бы в том, что вы задумали. Паразит, глаза, король — обычный день моей жизни, ха-ха. Но это даже как-то интересно, что ли. Спасибо, что не оставили мне выбора, но раз так случилось, то у меня вопрос. А король знает о ваших планах?
— Нет, — покачал головой Иван. — И не узнает. Ему неизвестно, нет ли других ушей рядом с ним. Перестраховывается — и правильно делает. Он не хочет ничего знать. Мы — сами по себе.
Разумно. В такой игре лишняя осторожность никогда не бывает лишней.
— Одного не понимаю, — наигранно вздохнул Раннер. — Зачем было отрекаться на публике?
— Ты что, вообще не слушал, о чём мы тут говорили? — Лана всплеснула руками. — Только и можешь улыбаться, а мозгов как…
— Хватит, — перебил я.
Раннер был мне нужен, мы не могли разбрасываться потенциальными союзниками. Так что я смотрел на огонь и думал вслух. Наглядно показывал позёру логику цепочки решений.
— Я не смог бы действовать от лица Алариха, — начал медленно. — Рейнджер Железного Королевства связан турниром и не может делать то, что нужно. Или, например, не сможет залезть в покои иностранного монарха — это уже прямой повод для войны. Любой мой шаг под короной тянул бы за собой политические последствия, которые парализовали бы все остальное.
Раннер внимательно слушал, не перебивая. В свете костра его лицо казалось изваянным из камня.
— Сейчас я просто отступник, — продолжал я, чувствуя странное облегчение от этих слов. — Беглец. Все, что я делаю — делает безымянный человек, которого никто не посылал и за которого никто не отвечает.
— Не может быть, чтобы ты заранее это просчитал! — сказал Раннер. — Я бы поставил сто золотых, что так просто удачно сложилось.
— И проиграл бы. Впрочем, всё сработало частично, — ответил я честно, вспоминая те секунды на арене, когда увидел червя в глазу короля. — Когда увидел паразита — понял, что дисквалификация была не его собственным решением. Значит, меня убирают именно потому, что я серьезно мешаю их планам. Зачем они это сделали? Может монах тоже был заражён паразитом? И они снова попытаются убрать меня? Тогда мне нужно исчезнуть. Попытались убить мою тигрицу — не вышло.
— Знаешь что, — улыбнулся Раннер. — Звучит так, будто ты до конца сам не знаешь, что правильно, а что нет.
— Так и есть. Если бы знал — правил бы миром. Мы не знаем, что затевают друиды — и не узнаем. Поэтому всё, что можем сейчас сделать — обеспечить максимальную защиту.
Я потянулся за валявшейся рядом сухой веткой и подбросил ее в огонь. Пламя жадно ухватилось за новое топливо, взметнулось выше.
— Они хотели меня убрать с доски, — заключил я. — Но я ушел сам. Теперь они не знают, где я нахожусь и когда появлюсь в следующий раз. Не знают, что буду делать.
— И сколько таких Валькирий ещё ходит по городу? — задумчиво спросил Раннер. — Сколько людей сейчас смотрит на нас чужими глазами и не знает об этом?
— Хороший вопрос. Поэтому действовать будем ночью.
Иван смотрел на меня несколько долгих секунд. Потом в уголке его рта появилось что-то похожее на усмешку.
— Вам бы тоже поберечься, Драконоборец, — предупредила Лана.
— За нас не тревожьтесь.
Вальнор поднялся с бревна и отряхнул золу с потертой куртки.
— Завтра в полночь, — сказал Иван, тоже вставая. — Будьте готовы к выходу.
— Погодите-погодите, — сказал Раннер. — Макс, ты ведь мне должен.
— Знаю, — сказал я.
— Спас тебя в том бою с монахом. Это чего-то стоило.
— Стоило, — согласился я. — Поэтому расскажу тебе всё. Ты рисковал, не зная за что. Теперь будешь знать.
Раннер улыбнулся.
— Интересное понимание долга, — сказал он. — Ну хорошо. Слушаю.
Я говорил без предисловий. Друиды, Семёрка, Тадиус. Псевдо-Альфы. Чёрная Луна. Паразиты.